Ведьмак

 – Был у девки кот! Черный кот был! Все видели, что был! Повсюду с ней лазал! А где он таперича-то, кот энтот! Нету его! Значит, сварила она его!

– Сварила! Сварила из него декот!

– Верно! Декот чаровница из кота сварила!

– Не надыть другого доказательства! В огонь ведьму! А для начала на спытки! Пусть во всем признается!

– Крррва мать! – скрежетнул Фельдмаршал Дуб.

– Жаль мне того кота, – вдруг громко сказал Персиваль Шуттенбах. – Хороша была зверюга, жирненькая. Шубка будто антрацит, глазки словно два хризоберилла, усики длинненькие, а хвост толстый, как дубина разбойничья! Картинка – не кот! Небось уйму мышей изничтожил!

Кметы утихли.

– А вы-то откедова знаете, милсдарь гном? – бухнул кто-то. – Откедова вам-то известно, как ейный кот выглядел?

Персиваль Шуттенбах высморкался, вытер пальцы о брючину.

– А потому, как вон он там на телеге сидит. За вашими спинами.

Собравшиеся как по команде обернулись, загудели, уставились на сидящего на узлах кота. А тот, не обращая внимания на всеобщий интерес, задрал заднюю лапу и принялся сосредоточенно вылизывать свой зад.

– Вот и видно, – в абсолютной тишине сказал Золтан Хивай, – что ваше неопровержимое доказательство – коту под хвост, благочестивый. Ну, какой еще у вас довод в запасе? Может, кошка? Хорошо б было, мы б свели парочку, расплодили, ни один грызун до амбара на расстояние полета стрелы не подойдет.

Несколько кметов хихикнули, несколько других, в том числе староста Эктор Ляабс, открыто захохотали. Жрец покраснел.

– Я тебя запомню, паршивец! – крикнул он, тыча пальцем в краснолюда. – Безбожный кобольд! Порождение Тьмы! Ты откуда тут взялся? Может, и ты с вампиром вась-вась? Погоди, покараем ведьму, возьмем тебя на допрос! Но сначала над чаровницей суд учиним! Подковы уже поклали в уголья, поглядим, что грешница запоет, когда у нее мерзопакостная шкура зашипит. Ручаюсь, сама в преступном чаровстве признается. Нужно будет другое доказательство, когда признается?

– А нужно будет, нужно, – сказал Эктор Ляабс. – Потому как если вам, благочинный, раскаленные подковы к пяткам приложить, так, уверен, вы признаетесь даже и в греховном с кобылой сожительстве. Тьфу! Вы – божий вроде бы человек, а словно живодер болтаете!

– Да, я – божий человек, – взвился жрец, перекрывая усиливающийся шум. – В божественную верую справедливость, кару и отмщение! И в божий суд! Пусть встанет ведьма пред божьим судом…

– Прекрасная мысль, – громко прервал ведьмак, выходя из толпы.

Жрец смерил его злым взглядом, кметы, перестав шептаться, глядели, раскрыв рты.

– Божий суд, – начал Геральт в полной тишине, – это абсолютно верное и совершенно справедливое дело. Ордалии признаны равно светскими судами и имеют свои правила.