Ведьмак

Последний висяк, тот, что уже как следует провонял, виновен только в том, что в ответ на болтовню провокатора-шпика прореагировал восклицанием: «Вы совершенно правы, милостивый государь, вы совершенно правы. Именно: дважды два – четыре!» Вот теперь скажи, что ты понял.

– Понял. – Ярре украдкой осмотрелся. – Буду внимательным. Но… Господин Кранмер… Как тут в действительности…

Краснолюд тоже оглянулся.

– В действительности, – тихо сказал он, – все обстоит так, что группа армий «Центр» маршала Мэнно Коегоорна в количестве около ста тысяч солдат идет на север. В действительности, если б не восстание в Вердэне, они уже были бы здесь. В действительности хорошо было бы, если б начались переговоры. В действительности у Темерии и Редании нет сил, чтобы сдержать Коегоорна. В действительности никак уж не перед стратегическим рубежом Понтара.

– Река Понтар, – шепнул Ярре, – находится к северу от нас.

– Именно это я и хотел сказать. Но помни: об этом ни гу-гу.

– Буду за собой следить. А когда окажусь в отряде, тоже надо? Там тоже можно налететь на шпика?

– В линейной части? Вблизи линии фронта? Скорее всего – нет. Шпики потому такие усердные до линии фронта, что боятся сами туда попасть. Кроме того, если вешать каждого солдата, который брюзжит, жалуется и выражает недовольство, то воевать некому будет. Но ты, Ярре, как и в случае с Цири, лучше помалкивай. В закрытый рот, запомни мои слова, ни одна навозная муха не влетит. Никогда. А теперь пошли, провожу до комиссии.

– Замолвите там за меня словечко? – Ярре с надеждой взглянул на краснолюда. – А? Господин Кранмер?

– Ну и дурной же ты парень, писарчук! Здесь армия! Хлопотать за тебя все одно, что у тебя на спине золотой нитью вышить: «НЕДОТЕПА»! Жизни бы у тебя в отряде не было, парень.

– А к вам… – заморгал Ярре. – В ваш отряд…

– И не думай даже!

– Потому что у вас, – горько сказал юноша, – только для краснолюдов место, верно? Не для меня, человека. Верно?

– Верно.

«Не для тебя, – подумал Деннис Кранмер. – Не для тебя, Ярре. Потому что я все еще не расплатился с Нэннеке. И поэтому хочу, чтобы ты живым вернулся с войны. А добровольческая рать Махакама состоит из краснолюдов, из существ чуждой и худшей расы. Ее всегда будут посылать с самыми опасными заданиями на самые скверные участки. Туда, откуда не возвращаются. Туда, куда не послали бы людей».

– Как же тогда сделать, – нахмурился Ярре, – чтобы попасть в хороший отряд?

– А который, по-твоему, отряд настолько хорош, чтобы так уж рваться в него?"

"Ярре отвернулся, слыша пение, набиравшее силу, как волна прибоя, разливающееся словно грохот быстро приближающейся бури. Пение громкое, буйное, сильное, жесткое как сталь. Он уже слышал такое пение.