Влюблённая ведьма

Времени было мало — буквально десять минут, чтобы успеть одеться. Я натянула первую первые попавшиеся джинсы и свитер, собрала волосы в хвост, сделала пару глотков кофе и под смех своего неугомонного младшего братца, побежала к Малышке. Даже телефон забыла.

В итоге я опоздала, но совсем немного. Наша группа в полном составе уже собралась в аудитории — Савельев принимал зачет не устно, а письменно. Я словно на метле влетела внутрь и по обыкновению опустилась на первую парту, чувствуя себя свежо и бодро — от парковки до аудитории я бежала. И теперь у меня раскраснелись щеки и растрепались волосы.

Возможно, мне показалось, но одногруппники при моем появлении вдруг резко замолчали и стали странно на меня смотреть. Так странно, что я почувствовала себя неуютно. По рукам почему-то побежали мурашки, а внутри сделалось пусто и холодно. Так бывает, когда должно случиться что-то плохое.

Я хотела спросить у ребят, в чем дело, однако в аудитории появился Савельев. Стремительной походкой он пролетел по ряду мимо парт и громко хлопнул по столу стопкой наших рефератов. Кажется, зам декана сегодня был не в духе.

— Доброе утро! Сейчас каждому индивидуально раздам вопросы, — рявкнул он. Его недобрый, прищуренный взгляд вдруг остановился на мне, и я почувствовала себя максимально неуютно. — И будьте уверены, уж я-то буду объективен в своих оценках. Ведьмина, вы согласны, что знания студентов должны оцениваться объективно?

— Разумеется, — пожала я плечами, не понимая, что происходит. В аудитории вдруг послышались смешки, и я напряглась сильнее.

— Отрадно слышать, что вы так считаете, — гадко ухмыльнулся Савельев.

— А я должна считать иначе? — улыбнулась я, все так же не понимая, что происходит. Он покачал головой, ничего не ответил и стал раздавать вопросы присутствующим, а ко мне подошел в самую последнюю очередь — будто бы назло игнорировал, хотя раньше относился весьма тепло. Несмотря на то, что я исправно ходила на все занятия Савельева и постоянно проявляла активность, вопросов мне досталась целая куча. Пока я отвечала на них, Савельев неожиданно легко принял зачет у одногруппников и отпустил всех, кроме меня. Впервые в жизни я отвечала последней. Я дала подробный ответ по каждому вопросы и ответила на все его дополнительные вопросы, не понимая, что происходит и очень нервничая, хотя старалась не показывать ему этого. В конце концов, Савельев задал вопрос не по своему предмету, и когда понял, что я не знаю, что сказать, победно улыбнулся.

— Как вы можете не знать этого, Ведьмина? — спросил он, закрывая мою зачетку. — Приходите на пересдачу. Когда она будет, посмотрите в расписании.

— Я не знаю этого, потому что мы этого не проходили, — сказала я. Кроме растерянности во мне появилась злость.