Влюблённая ведьма

А это наша дочь Татьяна, — представила их Наталья. Олег вежливо кивнул, на губах Татьяны появилась мимолетная полуулыбка.

— Так, я не понял, Татьяна. Ты что, пила алкоголь? — возмущенно спросил Ведьмин, поднимаясь с места.

— Немножко, папа, — смеясь, ответила девушка, и ее родители переглянулись.

— А что еще за парни?

— Разные, пап, — отозвалась девушка и тряхнула волосами — они рассыпались по плечам красивой волной. — За мной постоянно кто-нибудь бегает. Твоя дочь о-о-очень популярна.

— И что вы делали с этими парнями? — В голосе Владимира Алексеевича было неподдельное беспокойство. Он явно не понимал, что случилось с дочерью.

— Ой, не переживай, мы просто танцевали, — отмахнулась та, раздеваясь. — А потом я поехала домой.

— А как же Анатолий? — удивился он.

— А мы расстались, — громко сообщила Таня, глядя при этом на Олега. Как ему показалось, с презрением.

— Как расстались? — ахнула ее мать. — Что случилось, Таня? Он тебя обидел?

— Если обидел, ты мне скажи, я ему все… кхм… руки повыдергиваю! — быстро поправился отец.

— Просто он оказался трусом, — еще громче заявила девушка, и Олег вновь по привычке стиснул руку в кулак.

— Как это? — не понял Ведьмин.

— Вот так. Он боится общественного мнения. А меня потерять не боится. Зачем мне трус, папа? — с вызовом спросила Татьяна, и Олег про себя обозвал ее стервой. Она хотела зацепить его, задеть, вывести из себя, а он не реагировал.

— Так что именно произошло? — тем временем пытался понять ее отец, но Таня ничего не объясняла. Заявила, что презирает трусов, и что они — не герои ее романа.

— Мои герои — понимающие и умные. Знаешь, папочка, я вообще не люблю мужчин с уровнем интеллекта креветки, — продолжала девушка. — Истеричной креветки. Так что больше никаких Ол… Анатолиев. Пусть эти Анатолии не на моих чувствах как на квадроцикле ездят, а на чьих-нибудь других. Урод! — громко и с чувством сообщила она, все так и не сводя с Олега злого взгляда. Он снова спокойно отпил кофе, и Таню это взбесило.

— У нас вообще-то гость, — одернула ее мать. — Что он о тебе подумает?

— Ах, простите, дядя, — неестественно улыбнулась девушка и изобразила подобие поклона. Надо сказать, весьма издевательски. — Не думайте обо мне плохо.

— Не буду, — равнодушным голосом пообещал Олег.

На этом мать все же увела Таню, и когда она оглянулась, он прочел в ее взгляде ярость.

«Проваливай из моего дома», — было написано в ее зеленых глазах. А возможно, Олег сам это придумал. И словно невзначай помахал рукой, будто велел девушке уходить. Она вспыхнула, но промолчала — скрылась с матерью за дверью.

— Что-то дочь моя дала сегодня жару, — непонимающе сказал Ведьмин, возвращаясь к Олегу. — Ты не подумай ничего, обычно она так себя не ведет.