Ведьма Вильхельма

Охтарон мылся первым, поэтому надеюсь, он там не уснул. Будет весьма забавно, если он так уснул. Я приходу вся такая готовая, а он сопит в две дырочки.

Тихо посмеиваясь, вышла на улицу. Было уже темно. Прохладный ветер тут же остудил мою мокрую голову. Хоть я и успела немного подсушить волосы, но всё-таки не до конца. Поежившись, поскакала к дому. На крыльце оказался Охтарон.

— Вы сегодня долго. Я уже собирался идти искать вас, — поделился он. — Пойдёмте, сегодня холодно.

Юркнув в приоткрытую дверь, стушевалась. И что дальше? Как предложить? Что вообще делать?

Кажется, паника была написана на моём лице такими отчётливыми буквами, что эльф тут же заметил.

— Все нормально? Волнуетесь перед завтрашним днём? — сделал он совершенно неправильный вывод.

— На самом деле нет, — выдохнула я, снимая сапоги и проходя в дом. — Я… мы… я тут подумала, что пора.

— Что пора? — Охтарон нахмурился, рассматривая меня. Начал он с головы, и опускался всё ниже, пока его взгляд не остановился на моих голых лодыжках. Я видела, как в его глазах буквально полыхнуло. Неудивительно, обычно голыми у меня бывает только кисти рук, шея и лицо. Остальное под закрытыми и длинными платьями и не увидишь. — Вы…

Моё лицо вспыхнуло. Кажется, моё сердце не может биться ещё сильнее.

Быстро подойдя, я обняла его за шею и потянулась к губам. Охтарон тут же подчинился, наклоняясь и целуя меня. Его рука тут же оказалась у меня на талии.

Поцелуй был каким-то неуклюжим, торопливым. Моё дыхание сбивалось, но потом паника и неуверенность, вместе со смущением испарились. Да, это мой первый раз за все две жизни, что я помню, но ведь это значит, мне просто необходимо насладиться по максимум, запомнив каждый момент.

— Думаю, что нам пора стать супругами в полном смысле этого слова. Вы готовы быть со мной и дальше, Охтарон Лиадон? — прошептала, всматриваясь в мерцающие в тусклом свете нескольких свечей дьявольские глаза Охтарона.

— Я люблю вас, Ульрика Хольм, и готов прожить с вами столько нам отмерили боги. А вы? Вы станете моей спутницей до тех пор, пока наши сердца бьются в наших телах?

Что видел он в моих глазах? Какой он видел меня? Ответа я не узнаю, так как не могу видеть его глазами. Но зато я могла видеть его. И сейчас, понимая, насколько важен этот миг, я видела, как магия внутри Охтарона загудела, буквально вырываясь из него, но, кажется, он не обращал на это никакого внимания. Его глаза больше не мерцали, они светились каким-то демоническим зеленым огнём. Вокруг заплясали белоснежные огни, протянулись сотни серебристых нитей, которые оплетали нас, связывая, кажется, навечно. Я отмечала это краем сознания, заворожено смотря прямо на него. Не думаю, что у простого эльфа бывают такие глаза.