Ведьма в академии магов

Там, у колодца, стояла бочка с водой, используемой для хозяйственных нужд. – Ишь ты, месяц назад вернулся бы! Сам же нашел девочку и видел, в каком она состоянии. Излечение – процесс нелегкий, ненадобно тут лишнего взгляда, – пробурчала Фирана себе под нос. Но я так думаю, информация для меня прозвучала. Получается, пока я восстанавливалась, Нейдан вынужденно жил в другом месте. Выходило, что Фирана родного сына отправила неизвестно куда, чтобы целый месяц выхаживать меня? Почему? Не верится в такую бескорыстность.

Проводив взглядом парня, неожиданно наткнулась на еще одно новое лицо. Сразу и не заметила – девочка, примерно моя ровесница. Медноволосая и зеленоглазая – кроме этих признаков, другого сходства с матерью не было. Подозреваю, что яркую внешность дети Фираны унаследовали от отца. Женщина имела приятные черты, но и только, красавицей, в которую со временем превратится дочь, не была.

– Здравствуй! – обрадовалась возможной подруге. Тем более та открыто улыбалась и с интересом рассматривала меня, как ее брат недавно. – Меня Золаной зовут. А тебя?

Девочка не ответила, продолжая улыбаться. Странно это. И Фирана молчала, хотя сына первым делом представила. Так в чем дело? Взглянув на женщину, сообразила, что та едва сдерживает слезы. Боль на лице выдавала застарелое горе. Вряд ли Фирана растрогалась из-за нашей встречи. Значит, причина в девочке. Улыбка у нее подозрительная. Не сразу, но сообразила, что не так: слабоумие. Отчетливо в глаза не бросается, но достаточно присмотреться, чтобы заметить характерные признаки.

– Как ее зовут? – дрогнувшим голосом поинтересовалась у хозяйки дома.

– Лелана, – подсказал Нейдан, который, оказывается, не ушел, а стоял на пороге комнаты и внимательно следил за нашим знакомством. Причем взгляд не обещал ничего хорошего тому, кто посмеет обидеть младшую сестренку.

– Лелана – красивое имя. Привет, – подошла к ней и протянула руку, – давай знакомиться. Я Золана. Смотри, что у меня есть, – подцепив ожерелье, которым облагодетельствовала Фирана, показала девочке.

На свету бусины переливались, завораживали перламутровым блеском. Может, это и не дешевая поделка – очень уж достойно смотрелось. Да и подружке новой – а я не собиралась менять планы из-за выявленного недуга – понравилось. Так что с чистой совестью сняла с себя бусы и повесила на шею Лелане. Та молча приняла подарок, села на пол, прямо там, где стояла, и стала с увлечением перебирать перламутровые шарики.

Теперь я понимаю, почему Фирана заранее не предупредила о семье. Это значило рассказать о Лелане и трагедии, что с ней произошла. Да, именно трагедии. Будь девочка с рождения такой, мать бы так остро не реагировала. Она и сейчас утирала слезы, тогда как Нейдан всеми силами старался утешить.