Профессия: ведьма

– Ты уверена, что это парадный дайновский вход? – дрожащим голосом попыталась сострить Велька.

– Разве что для перебравших знаменитого храмового вина. – Я щелкнула по веточке пальцем, и она мгновенно облысела. – Ему не больше года, иначе иглы осыпались бы сами, а ствол начал подгнивать. Но и не меньше месяца.

– А выть стало примерно полгода назад, – сориентировалась Велька. – Думаешь, это связано?

Но я не любила строить догадки на пустом месте и уже присвоила себе сомнительную честь первопроходца, точнее, первопролазца, на всякий случай выставив перед собой меч.

По ту сторону он снова вернулся в ножны. За елками оказалась огромная поляна, выше колена заросшая бурьяном, как бывает с заброшенными огородами. Видимо, некогда ее середину занимал невысокий холм, но отшельники трудолюбиво обгрызли его по кругу, срыв пологие склоны до отвесных стен в полтора человеческих роста и укрепив их гранитной кладкой. Между крупными камнями были вмурованы осколки помельче, слагавшиеся в причудливые узоры, – особенно вокруг низких, в гномий рост, проемов. В одном месте даже сохранилась дверь, а прямо перед нами – приставленная к крыше лестница в виде дубового бревна с зарубками.

Дракон не так уж здесь и напакостил, скит провалился всего в двух или трех местах. Видимо, больше всего дайнов удручила гибель храма, с трудом угадывающегося в живописном ворохе обугленных бревен, поросших травой и кустами.

Проверив импульсом один из проемов, я пригнулась и юркнула внутрь. Коридорчик длиной в сажень вывел меня в небольшую, довольно уютную комнатушку с камином, ошметками истлевшего коврика на глиняном полу, широким столом и позабытым на нем подсвечником и с деревянной кроватью из цельного бревна, сверху донизу обросшей блеклыми поганками на тонких кривых ножках. Вполне пригодное для ночлега местечко.

На выходе я столкнулась с Велькой.

– Ну что?

– Пока ничего.

– И почему бы тебе не ограничиться вторым словом? – вздохнула подруга. Я только усмехнулась и, балансируя руками, легко взбежала по бревнышку-лесенке.

– Ого! Велька, иди скорей сюда!

Травница, не расставаясь со своим ненаглядным лопухом, подошла к стене, закрыла глаза и медленно воспарила вверх.

– Перелет, – ехидно сообщила я, любуясь ее пятками. Велька торопливо подкорректировала заклинание и опустилась на траву рядом со мной.

Макушки у холма не было. Внутренние склоны плавно стекали вниз, к идеально круглому озерцу в центре. Небольшому, от силы пять саженей в диаметре, но казавшемуся бездонным, а благодаря закатному небу – словно заполненному гречишным медом, темным, вязким и неподвижным. Между берегом и склонами оставалась полоска ровной земли, поросшая березами.