Ведьма под соусом

Он удивлённо замер, а потом взгляд упал на Жорика, и в глухой тишине прозвучало гневное:

– Ты-ы-ы?

– Укугум, – придушенно пробормотал зверь."

"Нотки сожаления в голосе хорька звучали отчётливо, но Виер не смягчился:

– Ты-ы-ы! – уже не возглас, а рычание.

Пришлось вмешаться:

– Тише. Вы же его напугаете.

Виер отвлёкся от Жорика и клацнул зубами так, что я и сама струхнула. Но ведьмы не отступают! Особенно когда на кону ворох неприятностей, ведь если начну уклоняться от спора, меня ждёт настоящий кошмар.

Пришлось сглотнуть свой испуг и изобразить милую улыбку. Вздохнуть и попробовать сначала:

– Доброе утро, милорд Виерлен. Позволите войти?

Милордом назвала нарочно, хотела польстить, а белобрысый почему-то напрягся. Глянул пристально, с прищуром, но возражать против подобного обращения всё же не стал.

Целую секунду он решал, стоит ли продолжать разговор, но в итоге дверь распахнулась шире, а объект отступил, приглашая в комнаты. Будь на моём месте обычная приличная горожанка, она бы засомневалась, а я – наоборот!

Улыбнувшись шире, я скользнула в гостиную и завертела головой в поисках подвоха. Какого? Да какого угодно! Но подвохов не было, и внезапное нехорошее предчувствие погасло.

– Простите, что беспокою в такой ранний час, – сказала я, скромно опуская ресницы, – но дело не терпит отлагательств.

– Дело? И какое?

– Очень хочу перед вами извиниться. – Я сделала несчастное лицо.

Объект не поверил, это было заметно. Закрыв дверь, он сложил руки на груди и заломил бровь.

Кстати, в этот раз Виер был одет – в светлые штаны и светлую же, застёгнутую на все пуговицы рубашку. Чувство прекрасного во мне горько вздохнуло, а через миг приободрилось – ничего, вот охмурю и обязательно заставлю блондина продемонстрировать своё сногсшибательное тело ещё раз. Без умысла, просто посмотреть.

– Понимаю, что лично я не очень-то виновата, ведь кусала не я, а Жорик, но поверьте, совесть замучила.

– Поверить ведьме? – изумился Виер. – Я похож на сумасшедшего?

Настала моя очередь изображать нехороший прищур.

Однако вслух развивать тему нелюбви к нашему племени всё же не стала. Если Виер относится к серой массе, которая считает ведьм плохими, то ему же хуже. Лишний повод утереть этому заносчивому типу нос.

– Я никогда не вру! – убеждённо… солгала я. – Говорю же, всю ночь мучилась от угрызений совести. Уснула только под утро.

Новая исполненная скепсиса пауза, и Виер пришёл к самому неправильному из всех неправильных выводов. И не нужно быть телепатом, чтобы понять, какой ответ родился в его туповатой голове!

Зато я лишний раз убедилась в том, что случайных жертв в ведьминской игре не бывает. Здесь и сейчас передо мной стоял не мужчина, а самый настоящий кошак.