Ведьма по соседству

 — Ну, рассказывай, кто и что там на меня написал.

Мужчина достал из папки бумаги и потряс ими у меня перед носом.

— Тут целая пачка жалоб на тебя, Вайолет. И это только за сегодня.

— Надо же, я стала пользоваться просто бешеной популярностью, — с усмешкой произнесла я, совершенно отказываясь пугаться.

— Не смешно. Сегодня ты превзошла саму себя, — с досадой отозвался инквизитор, которому моя реакция явно не понравилась.

— Спасибо, я старалась.

Лютик появился рядом и начал тереться об мою ногу, не сводя глаз с Кинсли.

— Чем тебя Лютик не устроил?

— На твоего Люцифера у меня тоже жалобы есть.

«Поймали-таки, законники».

А сам говорил, следы замёл, не поймают, не докажут. Так и знала!

— Давай уж по порядку. Что там на меня накатали честные и законопослушные соседи? — произнесла вслух, слегка отпихнув кота назад в дом.

Пока он не попал под раздачу.

— Десять заявлений о недостойном поведении и использовании любовной магии…

— Она запрещена, — перебила его я.

— И целовала его не я! — привела следующий аргумент.

— Это мне тоже известно.

— Тогда почему написали на меня? Где справедливость, Артур?

— Не говори мне о справедливости. Я давно перестал в неё верить. Года три как. Но вернёмся к делу. Здесь еще попытка причинения тяжкого вреда здоровью. Сьюзан хотела обвинить тебя в покушении на убийство. С трудом уговорил этого не делать.

Вот же стерва. Не упустила-таки случая!

— Спасибо, конечно, но, Артур, это заявление ты не мне должен был принести.

— У тебя неверная информация.

Ох, еще немного, и его инфаркт хватит. И тогда мне пришлют нового инквизитора, а я так к этому привыкла.

— Артур, ну зачем мне врать. Ровно за минуту до этого происшествия в присутствии множества свидетелей цветок был подарен Рою Эртану. Так что формально это он является владельцем Злюки, и Эртану теперь отвечать за его выкрутасы.

— Злюки? Только ты так можешь назвать растение.

— Так получилось. Слушай, а чего мы как неродные, а? Заходи в дом, я тебя чаем напою. Твоим любимым.

— Липовым? — с надеждой поинтересовался мужчина.

— Липовым. У меня и плюшки с корицей есть, — продолжала соблазнять его я.

Кинсли быстро огляделся и с тяжелым вздохом произнёс:

— Умеешь ты уговаривать, Вайолет.

— Проходи, — рассмеялась я, впуская его в дом. — А то на улице сыро, прохладно и совсем не уютно. А у меня тепло и солнечно. Посидим, чай попьем, поговорим. Не первый же год знакомы.

Закрыв за мужчиной дверь, я быстро обернулась, наблюдая, как он прошел вглубь комнаты, по-хозяйски располагаясь в кресле у камина. В конце концов, не первый раз мы так чаёвничаем.

Мысленно я обрадовалась, что решила разжечь его к вечеру.