Ведьма Пепельных туманов

А потом мы с Грэгором увидели по-настоящему удивительную картину. Эрими просто облепили моего мужа, отчего казалось, что на поляне около костра сидит древнее сияющее божество.

– Это… – начал Грэгор, запнувшись.

– Волшебно, – закончила я за него, стараясь даже не моргать, чтобы ничего не пропустить.

Я не опасалась, что мужу может быть причинен какой-то вред. Эрими не способны на это. Они, в отличие от остальных существ, не забирают энергию, а скорее отдают ее.

Между тем эрими становилось всё больше. Туманы вокруг нас буквально сияли зеленоватым светом. А потом многие из них устремились на поляну, впрочем опасаясь подлетать к огню. Эрими порхали вокруг нас, задевали крыльями щеки, садились на волосы и руки. От них шло едва уловимое тепло, которым крохотные существа щедро делились с нами.

Увидев их так близко, я поняла, что по своей структуре их крылья похожи на стрекозиные. Впрочем, форма была как у бабочек. Тела их были небольшими, всего лишь сантиметр, может чуть больше. Они забавно смотрели на нас, наклоняя головки набок, а потом вспархивали и вливались в странный, завораживающий танец. Наверное, тут собрались все эрими из туманов.

– Знаете, миледи, я скажу вам это сейчас, – прошептал Грэгор, рассматривая эрими, сидящую у него на указательном пальце. – Когда я впервые увидел вас, то вы не вызвали у меня доверия. Но сейчас я понимаю, что решение поехать тогда к другу и остаться в его замке на некоторое время было самым правильным поступком во всей моей жизни. Спасибо вам за такое волшебство. Я всегда считал, что колдовство должно быть практичным. Неважно, как оно выглядит, главное, чтобы была польза. А сейчас…

– Это все эрими, – я улыбнулась, а потом аккуратно положила свою руку на локоть Грэгора и чуть сжала его. – Они могу настраивать на подобный лад. Вытягивать из души всё самое сокровенное. Но даже если и так, то я очень рада, что смогла показать вам что-то подобное в жизни.

Я снова улыбнулась, убирая руку, а потом повернулась к мужу. Настроение тихо падало. Вроде бы в душе по-прежнему царила безмятежность и радость, но слова Грэгора показались мне какими-то странными. Я думаю, так говорят люди, которые не уверены в своем будущем. Люди, стремящиеся отдать все долги, сказать все слова, которые, вполне может быть, раньше никогда не были бы сказаны.

Это все из-за войны, я уверена. Пусть все мы стараемся не думать, выглядим невозмутимо, но в глубине души каждый из нас переживает. Я даже не подозревала, что Грэгор способен на подобное. Он мне казался человеком, способным со смехом пройти сквозь огонь, а потом, хохоча, тушить подпаленные брючины, упрекая друга в том, что тот слишком долго думает, перед тем как шагнуть в огонь.

Скосив взгляд, я вздохнула. Я попалась на ту же уловку, что и все остальные.