Невеста по приказу, или Когда свекровь ведьма

Так отчего так волнует вас?

— Разве можно ручаться за род, когда неизвестна мать? Неужели ты этого не понимаешь?

Мне показалось, что Вито усмехнулся:

— Вы что-то подозреваете? Или… боитесь?

— Просто признай, что эта наглая мерзавка заморочила тебе голову! Признай!

— А разве грех — увлечься собственной женой? Она достаточно хороша собой и неглупа. К тому же, с добрым сердцем. Зачем желать чего-то лучшего. Я доволен.

Я чувствовала, что стремительно заливаюсь краской. Если бы не слышала своими ушами — ни за что бы не поверила.

— Неужели король смог купить моего сына?

— Я больше не желаю об этом говорить.

— Разумеется… разве чаяния матери перевесят смазливую вертихвостку…

— Матушка, вы соблаговолите ответить мне на один вопрос?

Раздался мученический вздох:

— Разумеется, сын мой.

— Золотой грифон — ваших рук дело?

Я буквально остолбенела, не в силах даже сделать вдох. И теперь до звона в ушах боялась выдать себя. Несмотря на темноту, почти неподвластную крошечному свечному пламени, у меня буквально мутнело перед глазами. О чем говорит мой муж? О Желтке? Как это может быть связано с этой ведьмой?

Снова повисла мучительная пауза. Наконец, свекровь усмехнулась — я услышала это в ее тоне.

— Что ты имеешь в виду, мой дорогой? Золотой грифон? Здесь? Не может быть. Откуда?

Я буквально кожей чувствовала, что Вито помрачнел:

— Матушка, избавьте меня от спектаклей. Неужели вы впрямь думали, что я не узнаю?

— Вздор! Ты снова обвиняешь мать во всех смертных грехах! Снова из-за этой дрянной девчонки. Ты что, потерял голову? Ответь мне! Ты же…

Я почти видела, как мегера театрально ломала руки. Вито оборвал ее на полуслове:

Я вздрогнула всем телом от его тона. Это было гораздо внушительнее окрика.

Ведьма почти прошептала в искреннем недоумении:

— Либо вы говорите правду, матушка, либо молчите. Но если вы замолчите, признаете, что собирались лгать.

Снова повисла пауза. Ведьма наверняка подбирала слова.

— К сожалению, ты все больше и больше становишься похожим на своего отца. Это меня не радует. Не думала, что мой сын будет жесток к собственной матери… Я рада, что остальные мои сыновья другого нрава. Нет ничего хуже неблагодарных детей.

Вито проигнорировал эту душераздирающую тираду.

— С чего вы взяли, что грифон связан с моей женой? Разве я об этом сказал?

Опять молчание. Свекровь не знала, что ответить?

— Разумеется, я не могла этого знать…

— Я видел грифона собственными глазами. Он еще слишком мал, поэтому никак не мог воспользоваться ходом самостоятельно. И кроме вас помочь ему в этом некому. — Раздались отчетливые шаги. Кажется, Вито подошел к ней. — И вы прекрасно знаете, матушка, что детеныш грифона невероятно привязчив. Вы не выносите мою жену, и мне это прекрасно известно.