Летчик. Фронтовая «Ведьма» (СИ)

Дорогу, по которой шли я запомнил, у лётчиков запоминать ориентиры вполне профессиональная привычка. Так что обратный путь скорей всего найду. Вопрос, меня будут ждать там немцы? Это зависит от воли случая. Прикинем километраж. Примерно по прямой, пожалуй, сто пятьдесят километров будет. Это если считать от места встречи до линии фронта. От места встречи до деревни партизан шли три дня. Скажем скорость была пять километров в час, может шесть. Предположим, в день проходили тридцать или сорок километров. Стоп! Вот где начались мои подозрения. Уж больно спокойно шли, будто нет войны. Странно это всё. Я определил направление своего пути и немного передохнув, побежал лёгкой трусцой.

* * *Я действительно не мог знать, что происходит в партизанской деревне.

Олег Лысков лежал почти час, боль стала стихать. Здорово приложила эта тварь его по яйцам. Он скрипнул зубами и попробовал встать. С трудом, но получилось. Теперь надо выставить девчонку во всём виноватой. Он присел и задумался. Сказать, что она провокатор? Тогда должна быть вина и вина серьёзная. Неожиданно пришла хорошая мысль в голову. Лысков направился к домику радиста, там в тайнике спрятана рация. И Лысков совершенно случайно узнал про тайник. К месту, где прятал рацию радист он подобрался незаметно. Вскрыл тайник и стараясь не сильно шуметь, разбил рацию. Ну вот, теперь можно сказать, что сучка разбила рацию, его вырубила и свалила. Придумав легенду, он направился к заместителю партизанского отряда. Тот отреагировал адекватно, организовали группу из четырёх бойцов и взяли охотника с собакой. Сборы заняли время. Получалось, что по времени, как убежала девчонка прошло два с половиной часа. Можно догнать, но только с применением транспорта. Доступным транспортом оказались лошади, которых оседлали, и погоня началась. Лысков тоже вошёл в преследующий отряд, хоть и болело у него внизу живота. Но ненависть давала силы. Для себя он решил, что будет стрелять на поражение. Собака след взяла практически сразу, ей дали понюхать платье, в котором ходила последний день девушка. Беглянка не топала по дороге, а двигалась по лесному массиву, поэтому скорость преследования была невысокой, на лошадях по лесу быстро не поскачешь. Тем не менее скорость была выше, чем у пешехода. По дороге самый молодой из партизан, по имени Митяй, стал спрашивать старшего. Того звали Егорыч.

— Егорыч, а зачем ей надо было рацию ломать? И как она узнала, где тайник? — спросил любопытный Митяй.

— Да кто её, вражину, разберёт? Может она хотела к немцам перелететь, но не получалось. Через линию фронта так просто не пройдёшь. А тут такой случай. Я слышал она на языке немчуры говорит хорошо. Вот поймаем и поспрашиваем, — ответил Егорыч.