Ведьма-хранительница

То справа, то слева из них опускались мглистые полотнища дождя, ветер приносил запах мокрой земли, изредка – пару капель, и этим дело ограничивалось. День прошел без приключений, более того – невыносимо скучно. Вокруг, куда ни глянь, горбились безлесные холмы, обесцвеченные пасмурной погодой. Они не приближались и не удалялись, а словно перетекали один в другой, не давая ощущения движения. Ролар сообщил, что возьми мы десяток верст к северу – и уткнулись бы в Придривье, где, по слухам, больше двухсот озер и озерец, оставленных некогда проползшим ледником. По слухам – потому что никто его толком не исследовал и не описывал, пара-тройка сотен ко всему привычных селян, рассеянных по берегам озер, не в счет. Орсана слушала вампира с неподдельным интересом, и он, польщенный, разливался соловьем не хуже «баюна» из Витягского замка. Я односложно поддакивала и никак не могла решить, стоит ли мне сердиться на него за «дуру» или списать вырвавшееся словцо на напряженность момента. Нам и прежде случалось награждать друг друга не слишком пристойными эпитетами, но это не выходило за рамки дружеской беседы, и мы их даже не замечали, не говоря уж о том, чтобы обижаться. Ролар же произнес это слово с такой горечью, словно оно шло от самого сердца и оттого прозвучало особенно оскорбительно.

Вампир сам поднял щекотливую тему:

– Вольха, я, конечно, извиняюсь, мне не стоило на тебя кричать, но на будущее запомни: Хранительница отвечает не только за себя, и в опасных ситуациях, подобных вчерашней, ее дурацкий героизм совершенно неуместен.

– Ты думаешь, если бы Лён был с нами, он бы вас бросил?

– Конечно, – без колебаний ответил вампир. – Если бы он этого не сделал, то мы погибли бы зря, а это еще обиднее. Но я же не предлагал тебе нас бросать. Могла бы поколдовать сверху, а увидев, что дело дрянь, спаслась хотя бы сама. А «за компанию» в безнадежный бой ввязываются только дурак, о чем я тебе и сообщил… еще раз извини.

Как это не прискорбно, Ролар был прав. Орсана поддержала его укоризненным молчанием. Я прикусила губу, чтобы скрыть смущение.

– Тогда пообещайте, что потом не будете мне являться в виде призраков, упрекая за откол от компании.

– Вот еще, – захихикали оба. – Мы и без того найдем, за что тебя упрекнуть. Например, за те прекрасные грибочки, которыми ты так возмутительно пренебрегла, оскорбив нас в лучших чувствах.

– Но вы же их тоже не ели! – возмутилась я.

– Это нам от огорчения кусок в горло не полез, – веселились неудавшиеся отравители. Орсана добавила: – Но лошадку – беру свои слова обратно – ты выбрала отменную. Она благоразумно не ввязывается в бой, а удирать на ней можно даже через реки и горы!

Я потрепала кобылу по холке:

– У меня такое ощущение, что это она меня выбрала.

– Так и должно быть.