Вечный шах

Подробности Ирина решила опустить, тем более что Дубов любезно отметил, что описание Кольцовым своих действий полностью соответствовало ранам, обнаруженным на теле Ларисы. Также Кольцов точно сообщил координаты захоронения, а в дальнейшем на выезде достаточно уверенно его показал.

То же и со студенткой института физкультуры. Рассказ Кольцова о том, какие раны он ей нанес, совпал с результатами судебно-медицинской экспертизы, и место он указал именно то, где девушку нашли.

Тела Марины Москаленко и еще двух девушек были найдены в указанных Кольцовым точках, и судебно-медицинская экспертиза установила, что характер повреждений совпадает с тем, что говорил Иннокентий Михайлович.

Аккуратно убрав листочки в пластиковую папку, Ирина открыла дубовский блокнот. В заметках не содержалось ничего особо нового. Показания потерпевших, судебно-медицинская экспертиза, судебно-психиатрическая, признавшая Кольцова вменяемым, продавщица из молочного магазина… Жена Кольцова не явилась на заседание, но правосудие решило, что и без нее прекрасно обойдется.

Нет, тут не придерешься, обвинение доказано убедительно. Конечно, без признательных показаний Иннокентия Михайловича оно никогда не собралось бы в кучку и до суда не дошло, пришлось бы еще долго следить за терапевтом, чтобы взять с поличным, выстраивать сложные оперативные комбинации. Ирина всегда относилась с некоторым подозрением к делам, где фундаментом доказательной базы являлась явка с повинной или чистосердечное, но в данном случае это хорошее, подкрепленное фактами признание, а не то что «я работал на английскую, немецкую и японскую разведку». Да, к сожалению, хоть сталинские времена давно миновали, все еще бывают случаи, когда человека побоями и угрозами заставляют взять на себя вину, но здесь это исключено. Даже если ты очень жестокий оперативник, устанешь бить, пока заставишь подследственного подтвердить то, чего ты сам не знаешь. Есть, конечно, такой печальный анекдот, как археологи нашли древнеегипетскую гробницу с мумией, затруднились ее классифицировать и пригласили советского милиционера, чтобы он применил дедуктивный метод. Милиционер зашел в гробницу, провел там час, выходит и говорит: «Рамзес четвертый, родился в таком-то году до нашей эры, правил с такого-то по такой-то». Археологи в шоке: «Как ты узнал?» – «Так он сам признался». Народный юмор не рождается в вакууме, а отражает, к сожалению, объективную реальность, данную нам в ощущениях, так что вообще никогда нельзя исключать возможность самооговора, а в современной жизни – особенно. Но здесь Кольцов убедительно подкрепил свое признание фактами, которые никому, кроме него, не были известны.