Вечный любовник

Он отступил назад и странно посмотрел на нее. Неловким движением он скрестил руки на груди так, словно поддерживал сам себя.

— Хел?

Он ничего не ответил, просто стоял рядом, смотря на нее. Если бы она не знала его лучше, ей бы показалось, что его трясет.

— Хел, с тобой все в порядке?

Он мотнул головой.

Потом развернулся и пошел прочь, исчезнув в темноте за парковкой.

Глава 13

Рейдж материализовался во внутреннем дворе, между главным домом и Ямой.

Он не мог точно описать свое состояние, но это было похоже на низкочастотное жужжание прямо под кожей на мускулах и костях, как вибрации, исходящие от камертона.[57] Зато он точно мог сказать, что никогда такого не испытывал. Это началось в тот момент, когда его губы коснулись губ Мэри.

А так как все новые изменения в его теле не приносили ничего хорошего, ему нужно было быстрее убираться от нее подальше, а она, похоже, была только рада помочь ему в этом. Теперь, когда это ощущение медленно уходило, тело начинало требовать разрядки. А это было несправедливо. Как правило, после появления зверя у него было несколько спокойных дней.

Он взглянул на часы.

Черт возьми, он хотел пойти на охоту за лессерами, чтобы уложить хотя бы парочку, но с тех пор, как Тор стал главой Братства, появились новые правила.

После изменения Рейджу было положено пару дней отдыха, чтобы прийти в себя. После смерти Дариуса прошлым летом число братьев сократилось до шести. Потом Роф взошел на трон, и их осталось лишь пятеро. Вампиры просто не могли позволить себе потерю еще одного война.

В принудительном отдыхе был свой смысл, но он ненавидел, когда ему указывали, что делать. И он не любил оставаться в стороне, когда ему было необходимо выпустить немного пара.

Он достал связку ключей из кармана своего плаща, и подошел к своей тюнингованной спортивной машине. Она проснулась с рычащим звуком, и через полторы минуты он уже выехал на дорогу. Он не знал, куда едет. Да это было и неважно.

Мэри. Этот поцелуй.

Господи, ее губы были удивительно сладкими, когда дрожали, прижимаясь к нему. Такими сладкими, что ему хотелось раздвинуть их языком и проскользнуть в рот. Скользнуть и вернуться, а потом снова углубиться за новыми ощущениями ее вкуса. А потом сделать то же самое с ее телом. Между ее ног.

Но ему нужно было остановиться. Чем бы ни было это странное ощущение, охватившее его, оно взволновало его, поэтому казалось ему опасным. Хотя такая реакция не имела никакого смысла. Мэри успокаивала его, приносила ему облегчение. Конечно, он хотел ее, и это должно было лишить его части контроля над собой, но не до такой степени, чтобы сделать его опасным.

А черт. Может быть, он просто неправильно понял свою реакцию.