Вечный любовник

В них было что-то гипнотическое, эротичное соблазнение, которому она не могла противиться, даже осознавая, что занимается любовью не только с Рейджем.

Она переместилась по его телу вверх, пока не оказалась на груди. Интимность позиции обескураживала, учитывая, что он был крепко связан.

— Ближе, Мэри. — Даже имя ее он произносил по-другому. — Ближе к моему рту.

Она неловко продвинулась дальше, пытаясь приспособиться к его позе. В конце концов, оставила одно колено на его груди, другим уперлась в матрас за его плечом. Он выгнул шею и наклонил голову, приподнявшись, чтобы приблизиться к ее плоти, обхватив губами.

Из его горла вырвался стон, и она уперлась руками в стену. Наслаждение разрушило последние барьеры, превратив ее в рабу движений его языка. Влажный отклик ее тела вырывал стоны из его груди, цепи натягивались и звенели, испытывая прочность деревянных креплений. Мощные руки Рейджа были напряжены, мускулы проступали под кожей, скрюченные пальцы походили на когти дикого животного.

— Вот оно, — прошептал он. — Я чувствую, как ты… кончаешь.

Его голос стих и превратился в рычание.

Оргазм прокатился по ней, и она упала, соскользнув на постель. Как только пульсация внутри ее тела прекратилась, она взглянула на него. Его белесый немигающий взгляд был полон благоговения. Лежа рядом и дыша в странном ритме из двух коротких вздохов и длинного выдоха, он был совершенно пленен ею.

— Возьми меня, Мэри. — Голос был низким, искаженным. Непохожим на Рейджа.

Но она не чувствовала страха. И не думала, что придает его.

Чтобы ни жило внутри него, оно не было злым или незнакомым. Она давно ощущала это…. присутствие в нем и знала, что ей нечего бояться. Она точно также смотрела ему в глаза в бильярдной: одновременно это был и Рейдж, и кто-то отдельный от него."

"Она двинулась вниз и приняла его в свое тело, идеально подходя ему. Его бедра дернулись, из горла снова вырвался рык, и он начал двигаться. Он входил и выходил из нее, сила его толчков возрастала с каждой секундой. Чтобы удержаться на нем и не упасть, она оперлась на руки и встала на колени, чуть изменив позу.

Пронзительные звуки, вырывавшиеся из его груди, стали громче, он двигался все неистовее, дрожа всем телом. Настойчивость ударов внутри нее становилась все больше, словно буря, готовая разразиться в любое мгновение. Внезапно его тело выгнулось, кровать заскрипела, когда его ноги и руки свело судорогой. Белый свет из его глаз разлился по комнате, освещая ее словно солнце. Глубоко внутри себя она почувствовала его освобождение, подтолкнувшее ее к собственному оргазму.

Когда все было кончено, она, обессилив, упала ему на грудь. Оба лежали совершенно неподвижно, лишь тяжелое дыхание нарушало тишину: ее — нормальное, его — в том странном ритме.