Гаран вечный

Разум его снова заработал.

— Мы нашли не только воду, — сказал он. — Вода ведет…

— Ты хочешь сказать — следовать этому потоку до его начала или до конца? Да, это хорошо.

— Вода — хороший гид. К тому же, если мы уйдем от нее, у нас нет возможности взять с собой запас воды.

Мешок с флягой и остатками пищи пришлось оставить в том окаменевшем дереве.

— Но какой путь мы выбираем: вверх по течению или вниз?

Нейл не успел ничего сказать, как Эшла вдруг вскрикнула, бросилась к воде и выловила стручок, полный зерен и совсем свежий.

— Он приплыл сверху! Где один, там могут быть и другие!

У Нейла появилась та же надежда. Он поднялся.

— Раз он плывет сверху — пойдем вверх!

— Я думала, — Эшла облизала губы, — что мечтаю только о воде, но теперь чувствую голод и усталость. Будет ли когда-нибудь конец этому потоку?

— Похоже, что мы к чему-то подходим.

Нейл вглядывался в туман. Неопределенный контур, который он видел, твердо держался, несмотря на наплывы и колыхания этой разряженной массы. Перед ним была хрустальная стена, тянущаяся, насколько можно судить, через всю долину. Водный поток, что вел их, стремительно выливался из прохода в стене, но проход был слишком узок, чтобы через него можно было пройти. Эшла обессиленно села.

— Я не пойду обратно. Мне очень жаль, но я не могу, — просто сказала она и ее спокойный тон подчеркнул капитуляцию перед этим последним ударом.

— Не обратно! — Нейл подошел к стене. Она была неровной, там и сям встречались впадины. Через нее можно перебраться — ну, может быть, не ему с одной рукой, но хотя бы Эшле. — Не обратно, — повторил он, — а через стену. Она дырявая, как лестница.

Эшла подошла к стене и бросила взгляд на Нейла.

— А ты? Распустишь крылья и перелетишь?

— Нет, но есть вот что, — он снял перевязь для меча. — Поднявшись наверх, ты зацепишь ее за уступ и спустишь мне конец.

Эшла с сомнением поглядела на стену и на Нейла. Он старался победить ее сопротивление.

— Мы должны сделать это немедленно, пока у нас еще остаются силы. Или ты предпочитаешь остаться здесь и оплакивать нашу судьбу, пока нас не прикончит голод?

Эшла улыбнулась, но на ее исхудавшем лице не было видно настоящей радости, а скорее намек на грусть.

— Ты прав, воин. Сражаться лучше, чем сдаваться."

"Вообще-то говоря, Нейл вовсе не был уверен, что даже с помощью ремня сумеет одолеть стену. Но это был их единственный шанс. Судя по собственному головокружению и слабости, он думал, что назад они все равно не смогут вернуться. Эшла медленно и осторожно карабкалась, ощупывая каждую впадину, прежде чем зацепиться за нее. Нейлу казалось, что она взбирается уже целые часы. Но вот наконец ее голова и плечи поднялись над краем, и она заглянула на ту сторону. Когда она обернулась к Нейлу, ее лицо сияло радостью.