Гаран вечный

Она прижалась спиной к стене, в руке зажат камень, как древнее примитивное оружие.

— В чем дело? — спросил он, используя гал-базик.

Она подняла камень. Дзианта успела заметить, что у него нет оружия. Конечно же, он очень слаб после такого испытания, которое ему пришлось перенести.

— Стой! — предупредила она его.

— Почему?

Дзианта не могла видеть его лицо, так как он опять был в тени. Но его очертания она различала. Она удивилась тому, что он удивляется. Он же знает, что они смертельные враги.

— Стой! — повторила она.

Он шел к ней. О, если бы она не возвращала его из транса! Глупо было довериться Харату — он же заодно с Язой, Оганом и другими, кто только использует ее как инструмент, не думая о том, что она живой человек.

— Я не желаю тебе зла, — он стоял спокойно. — Почему же ты…

— Не желаешь зла? Ну, конечно, всего лишь приятный визит к Координатору — и затем стирание!

— Нет!

Ему не следовало бы так резко отрицать. Неужели он считает ее такой дурой, которая не знает, что случится с ней. после всего, сделанного ею (и для него тоже), и не помнит, что случилось с теми сенситивами, которые работали на Гильдию и были схвачены патрульными?

— Нет… пойми же…

Слабо, но попытавшись собрать все силы, что у нее были, она швырнула камень. Если он подойдет ближе, она пропала. Это был единственный шанс. В тот же момент, когда камень покинул руку, у нее в голове взорвалась жуткая боль, такая ужасная, такая всепоглощающая, что она даже не смогла извлечь из себя крик боли, который рвался с ее губ. Она рухнула на землю под тяжестью этой боли.

Шторм обрушился на них — она должна быть на башне. Лурла — они лежали неподвижно, они не повиновались, хотя она посылала приказы. Они должны! Если они не будут работать, она будет сброшена в бушующее море со стены, а Глаза отдадут тому, кто может их использовать для спасения Норноха. Но сейчас Глаза были пустыми — они трещали, раскалывались на кусочки и затем рассыпались в пыль, которая просачивалась между пальцами. Она оставалась совершенно безоружной перед сокрушающей силой моря."

"Они были высоко на холмах — внизу собиралась вражеская армия. Над ними и сзади непрерывно курсировали самолеты, извергающие смертоносные лучи. Это была ловушка, спасения из которой не было. Она должна постараться, чтобы смерть быстро настигла ее, когда клещи западни сомкнутся вокруг них. Попасть в плен к этим из Сингакока было много страшнее, чем погибнуть в битве. Она Винтра — и рождена не для того, чтобы служить предметом насмешек на городских улицах. Никогда! Самолеты уже над ними, их лучи расплавляют спрятанные в укрытиях орудия. Это была смерть, и Винтра должна приветствовать ее.

Тепло — свет — жизнь — она жива. Они нашли ее. Она будет пленницей Сингакока. Нет! У нее есть руки, и враги узнают ее силу.