Вечный воин

На том же папирусе, благо места свободного осталось достаточно, я тоже сперва написал много всякой сладкой ерунды и лишь в конце коротко сообщил, что осады не будет, пусть сидит в Константинополе и ждет, когда закончится война и я вернусь. Впрочем, не важно, что именно напишет мужчина. Женщина все равно прочтет то, что хочет прочитать. Как догадываюсь, мое послание будет расшифровано следующим образом: я еще помню о тебе, так что не бойся ничего; даже если гунны захватят Константинополь, не дам тебя в обиду. В конце я перечислил подарки, которые отправил с купцом. Народ нынче вороватый, последнее награбленное украдут.

Следующее письмо Ирины я получил уже на подходе к Адрианополю. Гуннская армия двигалась к Каспийскому морю, на северном берегу которого обитало племя акациров, решившее побунтовать против тирании гуннов. Думаю, подтолкнули кочевников к этому деньги из Константинополя. Правда, привезли их поздно. К тому времени император Феодосий Второй решил заключить с гуннами мир, пообещав дарить, как стыдливо римляне назвали дань, каждый год в два раза больше, чем раньше — по тысяче четыреста либр (без малого четыреста шестьдесят килограмм) золота. После чего армии Онегеза и Эдекона объединились и двинулась на север.

Как я понял, акациры — тюркоязычные кочевники, много лет назад договорившиеся жить в мире с гуннами на правах «младших братьев». Обитали они на обоих берегах Волги от ее устья на юге и до начала лесной зоны на севере, причем вперемешку с гуннами и аланами. Перекрестные браки и одинаковый образ жизни привел к тому, что некоторые акациры были больше похожи на гуннов, чем те, кто считал себя истинными гуннами, и наоборот. К тому же, утверждать, что восстали именно и только акациры, нельзя. Из племен, обитавших в этом регионе, часть не дождалась подарков из Константинополя и поэтому осталась верна гуннам, а остальные, самых разных национальностей, включая гуннов, соблазнились и решили испытать судьбу, потому что вместе с золотыми монетами им привезли ложное известие, что армия Атиллы разбита доблестной восточно-римской. Думаю, дело было даже не в дани, которую платили предводителю гуннов. Это всего пять жеребцов-трехлеток с каждого рода. Для примера, столько или больше, пусть и однолеток, каждое племя съедало на праздник весеннего равноденствия. И не в том, что стали меньше получать с купеческих караванов, которые проходили через их земли. Скорее всего, просто не привыкли никому подчиняться. Я уже знал, что кочевники никогда не смогут создать надолго большое и сильное государство. Слишком аморфным оно будет, даже такое маленькое, как Монголия.