Вечный воин

Если нужного человека не найдем здесь или где-нибудь поблизости, выпустим всех. Пусть аборигены подумают, что освободил заключенных кто-то из своих.

— Барлам! — послышался внизу голос вандала. — Барлам!

Я не сразу догадался, что это имя пленника, скорее всего, сардинское, почему-то был уверен, что он имеет германское, хотя выглядел, как истинный римлянин.

— Я здесь! — послышался радостный голос из глубины камеры.

У меня сразу отлегло от сердца. Если бы, запоров уговор с шурином, не нашли пленника, мой статус резко бы пошел вниз. Меня бы, конечно, не казнили, но перестали бы считать человеком, которому можно доверить ответственное задание.

Свет масляной лампы стал ярче, потому что вандал повернулся к нам лицом и пошел вверх по лестнице. Пленник самостоятельно шел за ним. У меня было предположение, что его во время пыток сильно искалечили, поэтому и взял на операцию трех вандалов, чтобы вместе с Менно тащили его. Иначе бы мы вдвоем справились.

Поднявшись по лестнице, бывший пленник увидел кувшин на столе и первым делом схватил его и выдул всё содержимое — литра полтора дрянного вина, разбавленного водой. Выглядел он нормально, если не считать разбитую губу и свежий синяк под глазом.

— Поешь по пути, у нас собой много еды, — сказал я.

— Больше пить хотел. Там мне остатки отдавали, когда все напьются. Они друг друга знают, а я чужак, — рассказал он.

К морю напротив того места, где дрейфовала марсильяна, мы вышли в утренние сумерки. Менно, заложив два пальца в рот, громко и продолжительно свистнул три раза. Я так и не научился свистеть с помощью пальцев, о чем иногда жалею. Ему трижды ответили. Примерно через полчаса к берегу подошла рабочая шлюпка и забрала нас.

Я был уверен, что Гейзерих наградит меня за блестяще проведенную операцию. То ли я переоценил его щедрость, точнее, недооценил его жадность, то ли провалили задание, с которым был послан наследник, но мне даже спасибо не сказали. Я решил, что был второй вариант, и посоветовал самому себе больше не лезть в такие дела, пусть сами расхлебывают. Еще предполагал, что через несколько дней на Сардинию оправится большой десант, который без особых проблем за пару недель захватит весь остров. Ошибся и с этим.

Я подождал месяц, увидел, что все военные галеры уже разоружены и поставлены в ангары, после чего и сам пошел к коменданту военной гавани. Это был, как я его назвал, алан полусонный. Он сидел на низенькой табуреточке под навесом на крыльце, ведущем в, так сказать, его рабочий кабинет, но вид был такой, словно проснулся несколько секунд назад и, если я не успею, опять заснет быстро и надолго. Зуб даю, что, как и почти все кочевники, он не умеет плавать и боится воды. Я уже не говорю о знаниях в вопросах кораблестроения и мореплавания.