Волонтеры вечности

 — Почему вы отказались стать царем Арвароха? Они же там так лихо зажигают — караул! А я бы вполне мог присмотреть за вашими кошками, не надорвусь…

Мелифаро ржал так, что чуть не свалился с высокого табурета.

— Этот парень тоже из вашего приюта? Он занимает гамак по соседству с тобой, и его тоже отпустили погулять за хорошее поведение? — заинтересовалась Теххи.

— Какая ты проницательная, с ума сойти можно!

Следующие несколько дней были самыми счастливыми днями в моей жизни. Даже на службе я ни разу не вынырнул из густого, как сладкая вата, тумана, который превращал окружающий меня мир в блаженную страну чудес.

Но незадолго до одного из восхитительных летних закатов откуда-то из этого сладкого тумана до меня донесся довольно тревожный диалог.

— Завтра я должен ехать. — Шепот, раздававшийся в Зале Общей Работы, явно принадлежал Алотхо Аллироху, поскольку был гораздо громче нормального человеческого крика. — Но я не хочу никуда ехать. Тем не менее…

— Тем не менее, ты должен, да? — Я узнал голос Меламори.

— Но ты вернешься. Хотя бы для того, чтобы прикончить этого своего Мудлаха…

— Презренного Мудлаха, — педантично поправил ее Алотхо.

— Ну да, презренного, какого же еще… Два года — не так уж много, если разобраться.

— Это очень много, — возразил Алотхо. — Ты когда-нибудь пыталась сосчитать, сколько дней нужно прожить, чтобы миновал хотя бы один год?

— Представь себе, пыталась.

— Ну вот, а говоришь так, словно не имеешь никакого представления о том, что такое время… Я не хочу уезжать и не могу остаться. А ты не хочешь ехать со мной в Арварох и не позволяешь мне завоевать для тебя любое другое место, где ты согласилась бы жить… Я уже ничего не понимаю, госпожа. Проще умереть, и я так и сделаю, клянусь доспехами Тойлы Лиомурика!

— Я тебе дам — «умереть»! Ишь ты, разошелся! — сердито прошептал я себе под нос и обернулся к Курушу.

Мудрая птица сладко дремала на спинке моего кресла.

— Эй, милый, ты слышишь, что творится?

— Нет, а что? — Буривух с любопытством открыл один круглый желтый глаз.

— Этот громкоорущий почитатель кончиков твоих перьев, кажется, собирается шокировать леди Меламори отвратительным зрелищем своего мертвого тела, — объяснил я. — Мне это не нравится.

— Но это его дело, правда? — холодно спросил Куруш.

— И мое тоже! — сердито возразил я. — Во-первых, он мне нравится. А во-вторых, он нравится леди Меламори, что гораздо важнее… Куруш, милый, вмешайся, пожалуйста! Он же только тебя и послушается!

— Улечу от вас в Арварох, будете знать! — пригрозил Куруш. — По крайней мере, там меня никто не будет будить из-за всяких человеческих глупостей!

— Думаешь, там умеют печь хорошие пирожные? — лукаво спросил я.

— Только поэтому я и не перехожу от слов к делу.