Волонтеры вечности

— Ты похож на самого драного весеннего кота с захолустной фермы! — завистливо сообщил Мелифаро, усаживаясь напротив меня за нашим любимым столиком в трактире «Обжора Бунба».

Спорить не хотелось: уж слишком было хорошо! Честно говоря, меня все время подмывало послать зов Теххи и спросить, как у нее дела, но я мужественно терпел: мне казалось, что, услышав мой вопрос, она окончательно убедится, что связалась с сумасшедшим. Глупо все-таки осведомляться о делах человека, с которым расстался всего полчаса назад!

Поэтому я занялся более актуальным делом: с озверевшим лицом набросился на еду. Первые несколько минут я был совершенно некоммуникабелен, потом с облегчением вздохнул, потребовал добавку и поднял глаза на Мелифаро.

— Ты здорово повеселился сегодня утром?

Мелифаро сделал страшное лицо.

— Почему ты их не убил, Макс? Я мог бы быть так счастлив!

— Во-первых, у меня была надежда, что ребята последуют моему совету и все-таки уберут за собой, — вздохнул я. — А во-вторых, я решил, что ты получишь море удовольствия, если прикончишь этих милых людей собственноручно.

— Это было самое ужасное утро в моей жизни! — трагическим тоном поведал Мелифаро. — Я проснулся с тяжелой головой и приличных размеров камнем на сердце. Кроме того, я совершенно не понимал, каким образом попал домой, и не помнил, чем закончился этот чудесный вечер… А как он, собственно, для меня закончился?

— Да никак. Ты и разбил-то всего один стакан.

— Да? — огорчился Мелифаро. — Что ж это я оплошал, даже неудобно как-то…

— Ничего, наверстаешь! — утешил его я. — Ты лучше расскажи, что было утром.

— Ох! Утром было нечто особенное. Когда я спустился вниз и увидел эту милую компанию в шапках, я действительно собирался их убить. Знаешь, если бы у меня были твои таланты…

— А они что, досидели до утра?

— Когда я спустился в гостиную, эти ужасные люди спали там, прямо в креслах… Знаешь, что я сделал? Первым делом я снял с них шапки и выкинул в окно. Господа изамонцы так и не проснулись. А я пошел умываться, поскольку понял, что мне нужно успокоиться. Когда я вернулся в гостиную, ситуация начала казаться мне вполне забавной. Я растолкал этих великолепных обладателей бордовых лосин и велел им выметаться. Они принялись лопотать. Речь, сам понимаешь, шла о моих мозгах.

— Ну да. Они все время говорят о мозгах. Особенности национального менталитета, полагаю.

— Не сквернословь за столом… Короче говоря, двоих я тоже выкинул в окно, вслед за их потрясающими головными уборами. Знаешь, Макс, сам от себя не ожидал такой прыти! Они так смешно вырывались и барахтались! А как ругались!.. А третий успел выйти самостоятельно.

— А Рулен Багдасыс? — спросил я. — Что с ним?

— О, с ним отдельная история! — мечтательно протянул Мелифаро.