Волонтеры вечности

Лонли-Локли вообще не обратил никакого внимания на ворчание Мелифаро. Он задумчиво смотрел в окно на медленно темнеющее небо.

— Пойду сдамся Джуффину, пусть отрывает мне голову! — вздохнул Мелифаро. — Не знаю, как у остальных, а у меня полный провал. На таможне этого дядю помнят, конечно, а толку-то! Он же им не докладывался, где собирается поселиться… И, разумеется, Меламори не нашла там и намека на его след. Ничего удивительного: все-таки семнадцать лет прошло, а по таможне ежедневно носится целая орава обезумевших варваров… Но ей уже легче: теперь леди прогуливает по вечернему Ехо этот пучеглазый эталон мужской красоты и его мохнатую тварь. Они таращатся друг на друга, как подростки на мороженое. И это правильно: должен же хоть кто-то быть счастлив!

Мелифаро говорил так сердито, что я даже удивился. Сэр Джуффин выглянул из своего кабинета.

— Не переживай, мальчик, — сочувственно сказал он. — Я не слишком-то рассчитывал, что ты вернешься с хорошими новостями. И наши полицейские тоже зря прогулялись: буривухи не обнаружили ни одного уроженца Арвароха. Завтра начнут сначала… Кстати, у кого-нибудь есть идеи: где именно их искать?

— Такие идеи наверняка есть у сэра Кофы, — сказал я. — По крайней мере, он должен знать всех специалистов по изменению внешности. Может быть, нам вообще следовало начать именно с них?

— Да, мне это тоже пришло в голову, — кивнул Джуффин. — Кофа уже начал ими заниматься. Может быть, придет с новостями. Во всяком случае, я на это надеюсь… Странно, да? Казалось бы: что может быть проще, чем найти в Ехо уроженца Арвароха?

Дело кончилось тем, что все отправились спать, а мы с Курушем остались в Управлении. Меня это вполне устраивало, поскольку Мелифаро опять поперся ночевать ко мне. Заявил, что у него не настолько хорошее настроение, чтобы получить истинное наслаждение от общества Рулена Багдасыса.

— Я вполне могу его побить, — печально признался Мелифаро. — Когда у меня что-нибудь не клеится, некоторые вещи перестают казаться мне смешными…

В полночь я вышел прогуляться: от сидения в кресле у меня уже ныло все тело. Некоторое время я просто шел, куда глаза глядят. Разноцветные камешки мозаичных мостовых тускло мерцали под моими ногами, лица редких прохожих казались загадочными и привлекательными: оранжевый свет фонарей окутывал заурядные физиономии простых горожан ореолом какой-то нечеловеческой тайны. Холодный ветер с Хурона тоже задумчиво бродил по узким переулкам Старого города. Нам с ветром почему-то все время было по пути, но мне даже нравилась его компания. Мне вообще все нравилось в этот вечер: в отличие от бедняги Мелифаро, у меня было такое хорошее настроение, что это даже настораживало.

Ноги привели меня на площадь Побед Гурига VII.