Конец вечности

Ведь это могло кончиться очень плохо.

Тритт продолжал молчать, но тут вмешался Лостен и ласково попросил:

— Пожалуйста, ответь, Тритт. Мы знаем теперь, что это был ты, а нам не хотелось бы прибегать к строгости.

— Я взял питательный шар, — промямлил Тритт.

— А-а! — Это снова заговорил первый Жёсткий. — И что же ты с ним сделал?

И тут Тритт не выдержал.

— Я взял его для Дуа, — бормотал он. — Она не хотела есть. Я взял его для Дуа.

Дуа подскочила и закоалесцировала от удивления.

Жёсткий тут же повернулся к ней:

— Ты об этом знала?

— Нет!

— И ты? — обратился он к Уну.

Ун стоял неподвижно, как замороженный. Он ответил:

— Нет, Жёсткий-ру.

Несколько мгновений воздух дрожал от неприятных вибраций: Жёсткие разговаривали между собой, словно не замечая триады.

То ли периоды камнеедства обострили её восприимчивость, то ли этому способствовал недавний взрыв гнева — Дуа не знала, в чём тут было дело, и не хотела в этом разбираться, но, как бы то ни было, она улавливала смысл… Нет, не слов, а общего хода их разговора…

Они заметили пропажу некоторое время назад. Поиски они начали не поднимая шума. И лишь с большой неохотой пришли к выводу, что виновниками должны быть Мягкие. В результате расследования они сосредоточили внимание на триаде Уна — с ещё большей неохотой. (Почему? Дуа не сумела уловить причину этой неохоты.) По их мнению, ни Ун, ни Дуа виновниками быть не могли. Ун просто не сделал бы такой глупости. Подозревать Дуа было бы нелепо. Ну а о Тритте они даже думать не стали.

Затем третий Жёсткий (тот, который пока ни к кому из триады не обращался) припомнил, что как-то видел Тритта в Жёстких пещерах. («Верно!» — подумала Дуа. В тот самый день, когда она впервые забралась в камень. Она же тогда ощутила присутствие Тритта. Но только она совсем про это забыла.)

Однако подобное предположение выглядело настолько невероятным, что они пришли сюда только после того, как все остальные поиски ничего не дали, а дальнейшее промедление могло привести к серьёзным последствиям. Они были бы рады посоветоваться с Эстуолдом, но, когда подозрение пало на Тритта, Эстуолда с ними уже не было.

Всё это Дуа восприняла за единый миг и уставилась на Тритта с удивлением и злостью."

"Лостен обеспокоенно провибрировал, что всё обошлось благополучно, что у Дуа прекрасный вид и что это можно считать полезным экспериментом. Жёсткий, с которым Тритт разговаривал в пещере, соглашался с Лостеном, но третий всё ещё излучал озабоченность.

Впрочем, Дуа уже не следила за ними с прежним вниманием. Она смотрела на Тритта.

Первый из Жёстких спросил:

— Тритт, а где сейчас питательный шар?

Тритт показал им.

Шар был спрятан очень надёжно, а проводники, хотя и выглядели неказисто, вполне отвечали своему назначению.