Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

– Сударыня, я ее прочел в пятнадцать лет.

– А я… – оторопел сын, – в тринадцать.

– Дитя мое, я тобой горжусь. Тогда вам не надо объяснять, что после ухода богов астэры начали пить силы своих смертных любовников. Обычно они довольствовались немногим, и жертвы отделывались легким недомоганием.

– Как Мевен, – уточнил Арно. – Но тогда почему он умер?

– Нам важней, почему умерли король Лорио, кардинал и кансилльер. – Вот тебе и Малыш! – Предположим, прикипевшая к Юстиниану астэра отправилась с ним в Новую Придду, благо это не столь далеко от Гирке. Несчастливо женатый король, принужденный саном к воздержанию кардинал, достигший опасного для мужчин возраста кансилльер, а возможно, и кто-то еще были для проголодавшейся без своего святилища нечисти легкой добычей. Сами того не подозревая, они вступили в смертельно опасную связь, о чем узнал Юстиниан.

– Скорее всего, испытывавшая к Повелителю Волн определенные чувства найери просто ответила на с умом заданные вопросы, и Юстиниан, всё взвесив, решил рискнуть. Он принял яд или нанес себе смертельную рану в расчете на то, что, спасая избранника, закатная тварь без колебаний выпьет тех своих любовников, до которых сможет дотянуться.

– Подобная месть вполне в духе нашего семейства, – сразу же согласился Придд. – Если бы я имел подобную возможность и не имел другой, я бы именно так и поступил. Вы несколько раз упоминали долголетие Юстиниана, это ведь еще один из признаков связи с закатными тварями?

– Если верить алатам, то да.

– В таком случае у нас есть дополнительное подтверждение. Сохранилось два изображения герцога Максимилиана, вы их видели, но не знаете, что они повешены не в том порядке, как следовало бы. На портрете, написанном за год до смерти, Максимилиан выглядел едва ли не моложе, чем в год рождения младшего сына. Наследники сочли, что картины перепутали по нерадивости, и исправили «ошибку».

– Очень интересно. Мне кажется, я вас убедила.

– Несомненно, но как же жаль… Жаль, что сейчас ундовы ивы одиноки. Или… нет?

– Если бы найери осталась, в Гирке появились бы собственные сказки.

– А их нет. Что ж, значит, она ушла. Хотелось бы знать, куда и когда.

– Возможно, она почувствовала, что над Агарисом собирается гроза, и захотела ее увидеть. – А вот это пусть знают, но только это! – Фельпский капитан, присутствовавший при казни уже нынешнего конклава, заметил нечто странное. Очень странное и очень страшное при всей своей красоте.

– Я тоже увижу страшное, – внезапно пообещал Арно. – Во сне. Пожалуй, я буду спать со светом. Валентин, ты-то хоть боишься?

– Я сожалею… Сударыня, разрешите еще немного вас дополнить.