Вечная Война. Книга VII (СИ)

 — Может мне не нравится, как мне левую руку вырастили! Она по цвету отличается, а соляриев вы еще не придумали! Не скучайте!

Я направился к выходу.

— И никому не слова! Не посмотрю, что вы Адмиралы — выпорю!

— Можно подумать! — фыркнула Машка.

— Вот еще! — солидарно присоединилась Дашка.

Все мои друзья-бойцы сидели сейчас в десантных ботах, готовые к десантированию, напряженно ожидая моих приказов. Так было задумано изначально, ведь я не знал, что нас ждёт в этой системе. Вот пусть и продолжают сидеть!

Привычно плюхнувшись в кресло «Газели» я вывел корабль из Ангара и полетел к грузовому кораблю. У него гостеприимно был открыт грузовой отсек, и я приземлился прямо внутри."

"Осторожно выглянув из открытой двери, я не обнаружил ни одного встречающего. Взглянув на наручный компьютер, настроенный на пеленг сигнала, я потопал к его источнику, держа наготове Полный Пэ.

Корабль выглядел покинутым, но чистым и ухоженным. Кажется, экипаж покинул его совсем недавно. Поворот, еще поворот, много поворотов. И вот я же на пороге помещения, за которой в десяти метрах находится источник сигнала.

Полный Пэ заряжен и готов, Зубочистки под рукой, я хлопнул по кнопки открывания двери, и та медленно поползла вверх.

Это помещение, похоже, было когда-то небольшим грузовым отсеком. Небольшим, с атмосферой и нормальной температурой внутри, которые использовались для перевоза важных и ценных грузов. До того момента, как из неё не устроили натуральную пыточную. Части тел, ранее принадлежащие инквизиторам, были вольготно разбросаны по всей площади. Головы, руки, ноги и груди. Вместе и по-отдельности. Некоторые, кажется погрызенные. Кровью был залит каждый сантиметр пола, стен и потолка.

А посреди всего этого хоррора на двух тросах, свисающих со штатной лебедки, висело тело в подранном балахоне когда-то розового цвета. Сейчас же цвет был ближе к багровому. Цвету человеческой крови.

Я матюкнулся и подошёл ближе. Висящее тело, как будто услышав меня дёрнулось и хриплый голос спросил.

— Кто… это…

— Живой, чертяка! — обрадовался я, убирая Полный Пэ за плечо и в два прыжка подпрыгивая к полумёртвому другу.

— Ну как ты, болезный? — поинтересовался я у друга, осторожно снимая его с крюков.

Грязный розовый капюшон откинулся, освобождая изувеченное лицо. Запекшиеся разбитые губы разлепились в безумной улыбке, трескаясь и снова кровоточа.

— Тебе привет от Чгуков, червяк!

Когда что-то острое воткнулось мне в грудь, подбираясь к сердцу, я понял две вещи. Первое. Что это «что-то» сделано из духовного металла, так как с лёгкостью пробило мою броню. И второе. С моим другом что-то не так.