Вдребезги

Потому что мне ничего не угрожает.

— Какого черта ты вообще решил зависнуть именно здесь?

— У меня отпуск. Я могу отдохнуть?

— Можешь… — после секундной заминки соглашается Руслан.

— Это означает, что, проверив здесь все и вся, ты решил, что твоему маленькому братику ничего не угрожает?

— Ты и сам прижал Авдалова по самое не балуйся. Я даже заскучал…

Хмыкаю:

— Бедненький.

— Но меня другое волнует…

— А вот в это лучше не лезь.

— Окей. Только, пожалуйста, не наломай дров, Красавчик.

И хоть голос старшего брата звучит удивительно мягко, я вспыхиваю только так.

— Ты ни черта не знаешь!

— Так расскажи. Я вроде не дурак.

Не могу! Я просто не представляю, как это сделать. Как объяснить родителям появление у меня сына, я не знаю тоже. Рассказать все, как есть, означает навсегда испортить отношение стариков к Олесе, а, несмотря ни на что, я не уверен, что хочу этого. Из-за сына… — убеждаю себя.

— Потом, Рус. Когда сам разберусь со всем этим дерьмом.

— Значит, я сваливаю?

— Вали с чистой совестью. Авдалов связан по рукам и ногам. Мы в безопасности.

— Тогда до связи и…

— Да?

— Она красотка, Тимур, серьезно… Тебе под стать.

— Угу. Красотка… будь проклята ее черная душа.

Сбрасываю вызов, возвращаю телефон обратно в карман и таки отхожу от перил. Прав Руслан — береженого бог бережет. Нечего изображать из себя живую мишень, даже тогда, когда тебе ничего не угрожает. Поворачиваюсь к дому и натыкаюсь на горящий огнем взгляд Олеси. Вздергиваю бровь.

— Что значит: «Авдалов связан по рукам и ногам»?

— Тебе не говорили, что подслушивать некрасиво?

Она стискивает повисшие вдоль тела руки в кулаки, будто с трудом гася желание впиться мне в лицо ногтями, и с силой, так что выступают желваки, сжимает челюсти.

— Тимур! Объяснись. Пожалуйста. Может быть, я и не заслуживаю хорошего к себе отношения, но вон там, — Олеся указывает в сторону дома большим пальцем, — находится наш сын. И чтобы не сойти с ума, мне важно понимать, что происходит на самом деле. Кто ты? — в который раз спрашивает она. — Почему мы застряли здесь?

— Потому что у меня отпуск. И я решил, что было бы неплохо отдохнуть в этих горах.

— Под самым носом у Авдалова?

— Плевать мне на него, поняла?

— Потому что он связан по рукам и ногам?

— Именно. Он вас не тронет. Довольна?

Устремляюсь к дому, удивляясь сам себе. И тому, с какой легкостью эта женщина выводит меня из равновесия. А ведь о моем владении собой в любых ситуациях, без ложной скромности, ходят легенды.

— Нет! — догоняет меня Олеся и хватает за локоть. — Не довольна! Я хочу знать, была ли в этом всем маскараде с похищением хоть какая-то необходимость…"

"— Ты же умная девочка. Подумай, — бросаю я, прежде чем зайти в дом. Дамир сидит у телевизора, так, как мы его и оставили. Для меня это странно.