Вдребезги

Пока мы возимся, несколько в стороне от нас паркуется статусный Мерседес. Я бы не обратила внимания на эту машину, если бы она не была один-в-один, как наша собственная. Наша… Мне так просто отождествлять себя с Тимуром.

Освободившись от ремней, Дамир соскакивает с подножки и принимается скакать по тротуару на одной ноге. Тимур улыбается и, окликнутый следовавшим за мной охранником, отходит в сторону. Дожидаясь, пока он освободится, я одергиваю Дамира и от нечего делать начинаю глазеть по сторонам. Смотреть особенно не на что. Чего я не видела на стоянке? Поэтому я останавливаюсь взглядом на том самом Мерседесе. Из которого выходит сначала водитель, а следом, не дожидаясь, пока перед ней откроют дверь, темноволосая женщина. Тимур тоже обращает на нее внимание. Хмурит брови, что-то говорит Олегу, скользя по полутемной парковке настороженным взглядом. А потом все кругом приходит в движение. Тишина взрывается визгом шин несущегося между рядами байка. Тимур с Олегом срываются с места ему наперерез, и я понимаю, что сейчас моего мужа либо задавят, либо застрелят… Я так отчетливо вижу зажатый в руке байкера пистолет, что в голове мелькает глупая мысль о скрытых в моем теле суперспособностях. Собственно, может быть, по этой причине, а может, потому, что просто не знаю, как буду жить, если с Тимуром что-то случится, я и срываюсь с места. В этот миг я не думаю о том, что скорость — не мой конек. Я забываю слова тренера о своей толстой заднице… Я просто бегу, понимая, что если дам себе слабину, малейший повод в себе усомниться — потеряю нечто гораздо более важное, чем все упущенные мной медали. Так уж получается, что я ближе всех к нападающему. В наиболее выигрышной по отношению к нему позиции. В отчаянном прыжке я выбиваю его из «седла» и, прежде чем отключаюсь, успеваю услышать глухие звуки выстрелов.

Глава 29

Тимур

Сумасшедший дом. Я не знаю, как можно работать. Давать показания, отвечать на вопросы, когда за дверью палаты она… Даже если все говорят, будто ничего непоправимого не случилось. Даже если с ней все хорошо, если верить все тем же людям. Я просто не представляю, как можно сдержаться и не послать все к черту, чтобы просто быть с ней. Как оставаться на месте, пока ее осматривают, обработают раны и оказывают всю необходимую помощь, и не сойти с ума от беспокойства, стягивающего в узел кишки.

Может быть, заодно попросить их провести ей лоботомию? Чтобы она больше не прыгала на движущиеся мотоциклы с вооруженными киллерами за рулем. Чтобы не разыгрывала из себя бессмертную, на всю голову отбитую супер-женщину. Я бы сам ей шею свернул за то, что она выкинула, если бы… Если бы так страшно не волновался. Если бы так сильно, так одуряюще оглушающе сильно её не любил.