Вдовья трава (СИ)

Если бы можно было вычеркнуть из истории тот злополучный день.

– Да, она идёт к люпинам, но что можно увидеть в полной темноте? Ничего. В лучшем случае свернёт на болото, – говорил разум.

«Лучший случай» – это ещё часа три шастанья по сырому мху в поисках тропинки. Да и кабаны могут встретиться. Если туда забрести, то прилечь на тёплую кровать можно будет только с рассветом. Да ещё и в топи пропасть можно. Но, все же, несмотря на все, подстерегающие их там опасности, этот вариант был лучшим, Инга не могла этого не признать. Стразы на топике Насти были не только спереди, но и сзади. Это обнаружилось случайно. Как нельзя, кстати, выглянул месяц, ещё не достаточно округлившийся, но уже довольно яркий, и его лучи подсветили спину убегающей Насти. Догонять стало легче. Контуры могил проступили из чернил ночи, давая возможность ориентироваться. Но надолго ли? Инга рванула вперёд. Вот уже спина подруги почти рядом, осталось только схватить рукой, но сил для последнего рывка катастрофически не оставалось. А Настя казалась двужильной. Даже алкоголь не смог сбавить темп. Инге казалось, что при таком количестве выпитого, на которое выглядела Настька, она не то, что бежать – сидеть не должна бы сейчас. Но Настька бежала. И довольно успешно. Инга же безнадёжно отставала. Закончились оградки и кресты, пошли «детские» могилы. Здесь можно уже было прибавить темп, но месяц вдруг исчез. Настя полностью повторяла путь, пройденный в тот день Ингой. Шаг в шаг. Среди деревьев Инга ясно увидела просвет – болото. Залитое лунным светом оно спасало от страшной люпиновой поляны. Люпины на сегодня отменяются! Инга возликовала, было, но она ошиблась.

Лес закончился. Перед девушками простиралось люпиновое озеро. Настя остановилась, замерла и Инга. Огромное люпиновое море светилось. Да, именно светилось. Мерцающий оранжево-жёлтый огонь мягко переливался по соцветиям, плескался и вихрился, волнами бросаясь на кромку леса и мягко отступая. Море света казалось неоднородным, огромные сгустки, слепившие глаза, и тёмные провалы. Центр поляны светился особенно ярко.

– Вот это номер! – Настька открыла рот – Подруга, и ты скрывала это от меня?!

– Я сама здесь в первый раз, – соврала Инга.

Что делать – пришли, так пришли. Инга тяжело вздохнула и наклонилась над мерцающим растением. Пламя беззвучно танцевало на соцветии, вырисовывая контуры лица. Инга вздрогнула. Да, это не было игрой воображения, в язычках пламени ясно просматривались все черты: нос, губы, глаза. И лицо очень-очень знакомое.

– Точно! Фото с памятника. У самого входа он стоит. Женский портрет, фамилию не помню, – Инга почувствовала лёгкий холодок.

Следующее растение.