Вдовья трава (СИ)

Иван занимался своим любимым делом – лесничеством. Лес и его обитатели были в его сердце. Злата росла девочкой умной, смелой, всё схватывала на лету. В свои четыре с небольшим года она уже вовсю разъезжала с отцом верхом на лошади, зимой каталась на санках, запряжённых собаками, удила с отцом рыбу, помогала матери пасти корову, и уже даже пробовала доить. Марина дивилась на дочку, её разумным словам и необычным для ребёнка мыслям. А с некоторых пор Марина стала замечать, что Злата лечит животных.

Кошка застряла лапой промеж штакетин забора. Злата тут же прибежала за матерью, зовя на помощь. Марина освободила животное, но та громко мяукала, а лапа её была вывернута, видимо, кошка, пытаясь освободиться, повредилась ненароком. Злата, ласково уговаривая кошечку, прикоснулась к её лапке, прощупала её маленькими пальчиками, и вдруг резко дёрнула, так, что Марина от неожиданности вскрикнула. Но тут же она увидела, что кошка перестала мяукать и чуть прихрамывая, побежала домой. После этого Злата ещё несколько дней бинтовала кошачью лапу выпрошенной у матери тряпицей. И кошка, в благодарность, понимая, что девочка её лечит, каждый день приносила ей под порог жирную, толстую мышь.

– Вот те подарочек снова, – смеялся Иван, – Гляди-ко, опять приволокла тебе Мурка угощение.

Злата хихикала в ответ.

– Считай, доча, что это тебе первая зарплата за твоё врачевание.

Злата безошибочно находила в лесу лечебные травы, собирала их в букетики. Марина каждый раз удивлялась этому, и однажды решила поговорить об этом с мужем.

– Ну, а что ты хочешь? Прабабка-то моя Анфиса, на которую Златка наша похожа, она тоже такая была. Всех кошек, всех собак, всю скотину в деревне лечила, всех к ней вели. Видать, и дочка наша в неё пошла. Прабабкин дар ей передался.

***

Прошло ещё несколько лет, и подошла пора, когда Злате пришло время поступать в школу. Она с радостью и удовольствием ждала этого, но ей предстояло жить в интернате, так как в ближайшей деревне школы не было, а ездить ежедневно, особенно по осенней распутице да зимним заносам, почти два часа в каждую сторону, было невозможно. Марина с тревогой думала обо всём этом. Уезжать с кордона Иван тоже не хотел, лес был для него его жизнью.

– Ой, мамочка, да не переживай ты за меня! Папа, ты же знаешь, что я могу за себя постоять, как ты меня учил! – сказала в один из последних вечеров августа Злата своим родителям.

– Да я понимаю, – вздыхая, ответила Марина.

– Ну, так и вот, чего же ты волнуешься?

Марина отпустила дочку с тяжёлым сердцем.