Вдова на выданье (СИ)

Так, что ещё? Часть сарая, в котором проживал, как я поняла, крупный рогатый скот, была осторожно разобрана, брусья отдельно, доски отдельно, даже кусок крыши, и тот разложен на маленькие черепицы. Насколько я поняла, всё это было рачительно расфасовано для более комфортной транспортировки к своему жилищу.

И так по всему хозяйству. Крытый навесик для дров был пуст. Точнее говоря, не совсем так – там лежало несколько палок и веток, которые я сначала просто приняла за какой-то мусор, валяющийся в углу. Но нет, именно этим хламом, который оставался от деревьев, мои сторожа и топили камины.

Голова болела просто нещадно. Чем дальше я проводила эту импровизированную инспекцию, тем более ужасной вырисовывалась картина – поместье разорено. От слова совсем. Пока не видела документацию бывшего управляющего, ну, того самого мальчишки, которого привёз из столицы мой покойный супруг, чтоб ему на том свете икалось. Так что «масштаб катастрофы в цифрах» мне не известен. Я угрюмо поплелась к крыльцу дома, справедливо предполагая, что когда я увижу бухгалтерские книги управляющего, то могу очень сильно захотеть не уметь ещё и считать, а не только видеть, как доски крыльца от времени или ещё от чего опасно скрипят под моим весом.

- Дарий, поедем с тобой с город сегодня. Без стёкол нам никак. Не на кухне же нам жить, на самом-то деле. Агата, ты поищи съестное в доме, составь список необходимого. Боюсь, что придётся что-то купить в городе.

Так что в скором времени я уже спешила в Бортмунд. Дел у меня было запланировано масса, так что я очень надеялась на то, что смогу всё успеть, в самом крайнем случае, я предупредила Агату, что если что-то пойдёт не так, то я могу остаться ночевать в городе – возвращаться ночью в Телфорд, как вчера, большого желания не было.

- Куда прёшь, не видишь, разве, возок едет? Ты, что, ополоумела совсем? Я бы вот сбил тебя, и вся недолга! Останавливайся тут, из-за всяких! – услышала я голос Дария, полный такого праведного гнева, что мне сразу захотелось дать парню оплеуху.

Высунувшись в окно возка, я увидела нечто, закутанное по самые брови в какой-то тулуп, с тёплым платком на голове, который был завязан для пущей крепости под мышками и охватывал туловище крест-накрест. На ногах человека были войлочные чуни, и кулёк в руках.

Оказалось, что это какой-то крестьянский ребёнок брёл по дороге, а теперь вот, испугавшись воплей Дария и шум передвижения, сбежал с проторенной дороги, и сейчас стоял по колено в снегу.