Вдова на выданье (СИ)

Старики, а это именно они стояли на охране дома, поражённо переглянулись и пробормотали, что, если бы они имели такую информацию, то, конечно, безусловно, всенепременно…

- Очень хочется есть, правда! – перебила я их.

Жалкое молчание сообщило мне о том, что с этим могут возникнуть проблемы.

- Но хоть поспать есть где?

Тут бабуся оживилась, и сказала, что в доме девять спален, так что место есть. Только вот, не в каждом месте есть постельные принадлежности. Я почувствовала, что это был край, рванула дверь на себя, и мы попали в холл.

- Госпожа, ваши сундуки заносить? – с некоей затаённой надеждой спросил вернувшийся из конюшни Дарий.

Я усмехнулась – саквояж с некоторыми ценностями в руках у Агаты, а мои подштанники вряд ли кому-то подойдут по размеру. Поэтому просто махнула рукой, и довольный Дарий ввалился в домашнее тепло.

Нас провели тёмными коридорами на кухню, и усадили возле печи, в которой ещё были угли. Агата тут же метнулась проверять, что можно приготовить на скорую руку, так что возле нас вскоре стояла сковорода с яичницей и горячий чай.

После того, как она это приготовила, Агата с Дарием хотели устроиться в дальнем уголке, но я этому резко воспротивилась. Не время сейчас в барыню играть!

Да и аппетит у меня резко пропал, если честно. До последнего гнала от себя мысли, но…

- Что случилось с поместьем? Отчего такая разруха? Это ведь произошло не вчера?

А сама всё прекрасно понимала. Поместье без хозяина который год. Точнее говоря, с таким хозяином, что… про Катерину я просто предпочла даже в мыслях не поминать.

- Так, пока господа Грей живы-то были, так у нас всё хорошо было – начал дедок, представившийся Валерьяном – а потом, после того, как маменька ваша, а потом и отец, отправились к Трём богам, так и… супруг ваш как-то раз приезжал, привёз из столицы управляющего. Только мальчишку-то этого не сильно народишко-то наш зауважал, он всё требовал чего-то непонятного, кричал да ругался, вот и…

Потом приказ пришёл от супруга вашего, мол, поместье мало денег даёт, надо бы больше. Вот управляющий подумал-подумал, да и продал часть садов соседям. Уж не знаю, какую цену они за них дали, только послал всё до копеечки в столицу, а оттуда новый наказ – «шлите ещё деньги». А откуда их взять? У нас хозяйство не слишком большое было, и от него пришлось избавиться, а уж когда по осени прознали людишки, что налог на землю хозяева столичные поднимают, так и вовсе… Управляющий сбежал, собрал пожитки свои, какие есть, в единый миг, только его и видели! А крестьяне – они что?

- Неужто, мародёрствовали? – расплакалась Агата.

Я покивала головой. Крестьянин – он человек рачительный. Наверняка, они спокойно зашли и выкопали, разобрали, аккуратно сняли, одним словом – обнесли, безусловно, но по-свойски, хозяйственно.