Вдова на выданье (СИ)

Да что я тебе это говорю – сама всё знаешь!

Заявив так, Филиппа поудобнее устроилась в моём кресле и посмотрела на нас с Джейсом с плохо скрытым ликованием. Я же представила Филиппу в качестве своего компаньона и вздрогнула. Слишком уж картина вышла реалистичной, просто до ужаса. Ну, кто бы на моём месте бы добровольно, в здравом уме и твёрдой памяти, согласился вести дела с этой старой грымзой? Поэтому я широко ей улыбнулась и ответила…

- Конечно, я согласна!"

"Марджори Блури была несколько… шокирована. Пожалуй, это было достаточно точное описание её эмоций. А всё дело в том, что ни в тот вечер, ни в следующий, дворецкий не вернулся обратно в Дурбан. Такого исхода Марджори явно не предусмотрела и теперь не совсем понимала, что ей делать дальше. Она переводила взгляд с окна на письмо, которое держала в руках. Всё те же люди, которые владели долговыми расписками госпожи Блури, просили их оплатить. В качестве оплаты предлагали ибо расплатиться золотыми аурусами, перечислив их на счёт Сберегательного Банка Аурелии, либо недвижимостью. То есть, письмо было, а дворецкого с коляской – нет! Прошло уже достаточно времени, прежде чем Марджори смирилась с мыслью о том, что ждать дальше нет смысла – дворецкий с коляской и лошадью не вернётся. Да и урожай Дурбана в городе тоже никому не нужен. Понимание это было слишком жестоко для психики Марджори, поэтому она запёрлась в своей комнате и отказывалась выходить оттуда.

А сейчас она смотрела, как Аллан вёл мимо её окон своего оседланного коня с притороченной военной формой. Он возвращался на королевскую службу, просто бросая мать на произвол судьбы. И сама Марджори, и её сын прекрасно понимали, что выхода из ситуации, в которую они попали, просто нет. Кроме одного, конечно – поместье уйдёт за долги. Ничего ценного, что можно было бы продать, больше нет. Да и не было никогда, чего уж там…

Госпожа Блури никогда не была сентиментальной, однако поступок сына, который молча сбежал из дома, сочтя за труд даже попрощаться с матерью, был последним гвоздём в крышку гроба самообладания Марджори. Она выла и металась по своим покоям, будто загнанный зверь.

Между тем, как Аллан молча выехал из поместья. Ничто не удерживало его здесь. Пойти на дно с этой старой тварью? Избави боги! Он ещё может вернуться на королевскую службу, где нет проблем подобного рода. В самом крайнем случае, женится на какой-нибудь купеческой дочке. Пусть не слишком желанная партия для любого человека благородного сословия, зато не нужно беспокоиться о хлебе насущном после того, когда придётся в очередной раз оставить службу. А пока он уезжал из этого дома, который так и не стал для него родным.