Следователь по особо важным делам

— У вас бывают друзья, знакомые?

— Редко. По существу, я прихожу домой только ночевать. — Он отвечал отрывисто и хмуро.

— И сейчас, зимой?

— Зимой тоже работы хватает.

—А в каких вы взаимоотношениях с соседями?

— Для плохих нет оснований, — буркнул Ильин.

— Вы общаетесь с ними, заходите к ним?

— Общаюсь, как и все люди, но захожу редко.

— Что вы делаете после работы?

— Обычно сплю, — усмехнулся он.

— В семь-восемь вечера?

— В десять-одиннадцать, — зло сказал Ильин. — А в период сева или жатвы-в два-три ночи. А бывает и так, что вообще не сплю.

— Таких дяей, наверное, не очень много… Неужели не остаётся времени для отдыха, для развлечений?

— Для меня лучший отдых — книга,

— Беллетристика?

— И беллетристика. Что, не верите?

— Из чего вы заключили?

— Потому что я вам одно, а вы… — Он махнул рукой.

—Я выясняю, где вы находились вечером в день смерти Залесской, — сухо произнёс я. — Вы же находились в Крылатом, встречались с какими-то людьми, что-то делали. Верно?

— Верно.

— Назовите их, они подтвердят, чем вы занимались вечером восьмого июля.

— Лично я не помню. — сказал он упрямо. — И ещ„ раз повторяю: почему я должен что-то доказывать?

— Хорошо. Я вам даю на это время. Мы встретимся ещё. — Он было поднялся. — Подождите. Сейчас закончу оформлять протокол, распишетесь.

Ильин уселся снова. Я писал, стараясь изложить беседу как можно подробнее. Ильин прочёл протокол. Молча поставил на каждой странице свою подпись. Принимая от него документ, я спросил:

— Николай Гордеевич, помните, как вы осенью взялись подвезти в район одну женщину?

— Помню, — сказал он. — И что?

— Вы знали, что это моя жена?

Он посмотрел мне прямо в глаза и спокойно ответил:

— Я узнал, что эта женщина приезжала к вам, только тогда, когда она села в машину.

Я молча кивнул. Не знаю, как он понял моё молчание.

Потом он добавил:

— Элементарное внимание к человеку, оказавшемуся в чужом городе. Наверное, москвичам это кажется диким…

Я могу идти?

— До свидания.

Холодно кивнув, Ильин вышел. Я ещё раз внимательно прочёл протокол допроса.

Доводы главного агронома меня мало убедили. А с другой стороны, может быть, он в самом деле запамятовал?

Мне припомнилась съёмка для телевидения в кабинете Эдуарда Алексеевича. Замначальника следственного управления прокуратуры республики не замечал, что каждые полчаса в метре от него бьют часы. Изо дня в день… Работа Ильина однообразна. Поля, заседания, комбайны, сеялки. Дни мало чем отличаются друг от друга.

Если он не виноват, восьмое июля могло потонуть в потоке будней.

Если не виноват…

Но почему он упорно не хочет пойти мне навстречу? Без причины ничего не бывает…

Ищенко приехала в совхозную гостиницу ночью, с последним автобусом из района.