Васильевич. Книга вторая. Князь Серебряный

Ну и нечего гусей дразнить, опять стал Юрий заниматься с шутейным войском, и опять они приносили с собой еду, в том числе носил двойную порцию, приготовленную матерью, Осип Козырев.

Пока он, пусть будет, болел, пацаны не сидели на попе ровно. И бегали, и прыгали, и отжимались, и естественно малые и большие гранаты кидали. И ведь прогресс был. Уже к пятидесяти шагам закидывания большой гранаты полупудовой все приблизились, а многие и преодолели. Да, всего тридцать — тридцать пять метров где-то. Но ведь это всего лишь тринадцатилетние пацаны, когда они двухметровыми гигантами вырастут, в отцов, да на хорошем регулярном питании, то и на рекорд замахнутся. Там что-то около восьмидесяти семи метров. Есть куда стремиться.

А ещё пора наведаться на Пушечный двор и к оружейнику, посмотреть, как у них дела продвигаются, да заодно и оценить какую кузнец-оружейник команду собрал.

Припев помнил Боровой, в отличие от самой песни. Вот его и напевал, в возке, что по запруженным улицам Москвы двигался к мастерской Пахома Ильина.

Бикфордов шнур или как в будущем его назовут — «Огнепрово́дный шнур — ОШ», насколько Артемий Васильевич помнил, то, что они изучали на военной кафедре в Универе, получился таким, что бедняга Уильям Бикфорд в гробу как динамо вращался. Хотя… Он только родится лет через двести. И теперь уже точно его не изобретёт, как ни секретничай, а уйдёт это изобретение в народ, а потом и из страны. Доберётся и до Туманного Альбиона. И будет именоваться гордо «русский шнур»? Дудки. Обязательно немцы же стащат и назовут его «немецкий шнур».

Получился шнур толстым. Сантиметра полтора в диаметре (в палец толщиной) и горел довольно быстро. Сто процентов какие-то замедлители добавляют к пороху к изделиям этим в двадцатом веке. Вон, в «Белом Солнце…» вроде до сорока Петруха считал. У них же (без Петрухи) получалось, что полуметровый кусок сгорал полностью за семь — восемь секунд.

В изготовлении особых проблем не возникло, там ничего сложного нет — пучок обработанных селитрой нитей, покрытый пороховой мякотью, заключён в двойную текстильную оплётку, верхний слой которой для защиты от сырости пропитан битумом. Битума нет, обмазали живицей и припорошили раздробленным, размолотым в пудру песком, чтобы к рукам не липли. Скорость горения? Наверное, нужно делать тоньше и добавлять меньше селитры в порох или тупо мел измельчённый добавлять, например, к пороху, но это нужно эксперименты проводить, а где на них время? Да и заниматься этим на Пороховом дворе, чтобы все немчины сию тайну узнали страшную, нет уж. Рановато.

А вот мина взорвалась классно. Эдакий громкий вполне бабах, и осколки, во все стороны полетевшие, и поразившие десяток солдат сразу.