Васильевич. Книга вторая. Князь Серебряный

А тут опять одни пастухи окажутся. С них всей добычи будет вонючий халат да плохая из сырого железа сабля. Толстая и тяжёлая, чтобы не гнулась и не ломалась.

Беглецов нужно было срочно догонять. Василий Семёнович скривил губы в усмешке. От бессилия скривил. С кем догонять? С десятком, что с ним? Так вон у кромки леса его ратников теснят конные ногайцы. Не все с коней слезли, больше сотни всадников теперь окружали полумесяцем его рубящих ворога, забыв про всё, в том числе и об осторожности, воев.

— Берём левее, зайдём к ним с боку, — крикнул князь и с саблей, выскочившей из ножен, первый бросился в атаку.

Сшибся он со степняком на невысокой лошадке, да и сам тот был не гигантом. Удар пришёлся сверху, подставленная слишком поздно бесерменом сабля ушла в сторону и лезвие княжеского оружия вонзилось в прикрытое кожаным доспехом плечо. Руку не отрубил, но ключицу либо перерубил ногайцу Василий Семёнович, либо оно переломано богатырским ударом.

Вторым ударом, уже почти без замаха, Серебряный попал по неприкрытой теперь шее. Шелом, явно добытый с русского воя, свалился с головы степняка и бармица больше шею не прикрывала.

Василий Семёнович огляделся, выискивая следующего супротивника. Выбирать было из кого. От леса, обходя его слева к нему приближались два всадника, действуя, без сомнения, заедино. Они практически касались ногами друг дружку. И если бы это было всё, то и раздумывать бы не о чём было. С этими пастухами он справится. Но вот, с другой стороны, от ворот крепости, к нему летел, явно определив по доспехам в нём старшего, ещё один воин. И этот, в отличие от остальных, был в кольчуге, железном шеломе с бармицей и с небольшим круглым щитом. А в руке у него не сабля была, а копьё короткое. Хищное жало наконечника целит прямо в голову князю Серебряному.

Раздумывать некогда было, Василий Семёнович просчитал в голове действия и расстояния мгновенно, и сам направил коня к копейщику, пока двое от леса до него доберутс,я он либо зарубит этого ногайца со щитом, либо тот его копьём проткнёт.

В самый последний момент, когда остриё копья уже должно было врезаться в пластины позолоченные на груди, князь Серебряный изогнулся и вертанулся, одновременно, пропуская копьё чуть сбоку и над собой, сам же, поравнявшись со степняком, пусть и из очень неудобной позиции, рубанул саблей ему по ноге. Кольчуга степняка была длинной и прикрывала сверху ноги до колена почти, а там уже сапоги начинались из толстой кожи. Оставалось как раз колено, по нему и пришёлся удар длинной княжеской сабли. И получилось плохо. Нет, ногу он людолову прорубил, но сабля застряла в кости и её вывернуло из руки Серебряного, ведь бить пришлось из очень неудобной позиции. Мышцы спины вообще не были задействованы. Кистевой удар получился.