Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов

Человек совершенно искренне переживает, что народ спивается, что рождаются дети-уроды, что мужики пропивают зарплаты и режут в невменяемом состоянии друг друга и своих жен, что на предприятиях в дни после получек резко возрастает число прогулов и производственного травматизма, но падает выработка."

"— Все это так, Михаил Сергеевич, — сказал я ему при личной встрече, — но если вы всего лишь ограничите производство и продажу алкоголя, народ не бросит пить, а перейдет на медицинский спирт, суррогаты и самогон, на производство которого в домашних условиях пойдут продукты питания, коих в стране и без того не хватает. Самый мягкий и безвредный вариант — это домашние вина и ягодные настойки. Ко всем перечисленным вами проблемам добавятся алкогольные отравления, ибо не все, что пахнет спиртом, безопасно пить, а также резкая криминализация сферы оборота и потребления алкогольной продукции. Сухой закон имел место в империи господ Романовых в течение трех последних лет ее существования, но никто не скажет, что пить тогда стали меньше, просто финансовые потоки за выпитое пошли мимо бюджета, и получилось то, что получилось. Потом, в двадцатые годы, в Североамериканских Соединенных Штатах, тоже из благих побуждений, решили ввести сухой закон. Американское государство тогда устояло, но на запрете спиртного поднялась знаменитая итальянско-американская мафия, которая, как известно из классики, бессмертна. В Основном Потоке в Советском Союзе при месье Горбачеве сработали оба этих фактора. И страна рухнула, не в последнюю очередь от хронического бюджетного безденежья, и организованная преступность пышно поднялась на нелегальном обороте алкоголя, распоясавшись так, что этого нельзя было даже представить в предшествующие относительно благополучные советские годы.

— Так как же нам быть? — спросил меня тогда ошарашенный Соломенцев. — Ведь положение сложилось совершенно нетерпимое…

— Тише едешь, дальше будешь, — меланхолически ответил я. — В первую очередь необходимо заняться организацией культурного досуга самых широких народных масс, главным образом на селе и в райцентрах, чтобы водка у людей перестала быть единственным отдохновением души. Дело это долгое, нужное и требующее немалых затрат, но оно того стоит, иначе проблему деградации населения не решить. Во-вторых, требуется разблокировать социальные лифты, ибо сейчас у вас по ним наверх со страшной силой, отпихивая всех остальных, лезут детки партийно-государственной номенклатуры, а молодые люди обычного, и тем более деревенского происхождения, чувствуют себя бесправным быдлом, которому не подняться по социальной лестнице выше прораба на стройке или колхозного бригадира. А это неверно в корне.