Год 1985. Ваше слово, товарищ Романов

Они знают, что рождены для долгой верной службы предмету своей платонической любви, и, более того, им ведомо, что это чувство взаимно. А вот маленькой леди Саманте еще рано нырять в такие глубины сильных чувств, ведь пока она любит только папу и маму.

Ну и, конечно же, вместе с Ольгой и Татьяной Саманту Смит и ее родителей встречали Птица, Анастасия и Яна-Зайчонок. Если для Анастасии имя девочки пустой звук, то Птица о нашей сегодняшней героине кое-что слышала, хотя и родилась уже после ее гибели. А вот Яне было все равно, как зовут новую знакомую, она всегда рада новым друзьям.

— Вот, — сказал я, — тут у нас, конечно, не Артек, но тоже много интересного. И самое главное, в чем вы можете убедиться лично — здесь у нас не пропагандируется ненависть ни к каким народам или расам. А теперь оставляю вас на попечение наших дам, а сам откланиваюсь. Извините, дела, уж больно хлопотная у меня должность.

— Постойте! — воскликнул Артур Смит. — Скажите, как это можно вести войны без ненависти? Ведь вы, когда вам нужно, убиваете людей тысячами, если не миллионами, и при этом заявляете, что не испытываете к ним негативных чувств. Пакистан после вашего удара лежит в руинах, и люди убивают друг друга на развалинах, будто дикие звери!

И в самом деле, после того, как я провернул над Пакистаном операцию «День гнева», там началась полоса затяжных гражданских беспорядков, и не утихает уже больше недели. До руин городов еще далеко, но праздник непослушания несколько затянулся. Однако у меня нет никакого желания применять собственную вооруженную силу для подавления беспорядков, за исключением защиты дипломатического квартала в Исламабаде. Там был высажен один батальон штурмовой пехоты, командир которого получил приказ при пересечении погромщиками защитного периметра открывать по ним огонь на поражение из всех имеющихся видов оружия. И, что самое интересное, после пары инцидентов (общее число жертв не дотягивало и до тысячи) местные башибузуки все поняли и больше не пытались вломиться на территорию дипломатического квартала. А то бывали уже прецеденты, когда местные, разъяренные неподтвержденным слухом о причастности янки к теракту в Мекке, врывались на территорию американского посольства, громили, жгли и убивали. С одной стороны, это показывает, насколько в Пакистане народные массы «любят» Америку, а с другой, демонстрирует общую дикость нравов, лишь слегка припорошенную европейской цивилизационной пудрой."

"— Только так и можно, — отрезал я. — Ведь моя армия не просто ведет войны — она вершит правый суд над негодяями, а потом приводит приговор в исполнение. В Пакистане по факту мерзавцами оказались все — от диктатора Зия-Уль-Хака и его прихвостней до самых широких народных масс.