Ваше Сиятельство 5 (СИ)

— Ничего, наслаждаюсь таежной свежестью, — наполовину соврал я: зачем ей лишний раз объяснять мои опасения.

Я ступил на трап, перепрыгивая три ступени, оказался на траве. Справа метрах в ста по грунтовке неторопливо переставлял ноги боевой робот с охранным модулем. Кажется, такие относились к серии «Кребб-20–14» — тяжелая, довольно неуклюжая машина, но с серьезным вооружением.

И вдруг… Моя интуиция явно взбрыкнула — я почувствовал близкую и очень серьезную опасность. В один миг активировал «Лепестки Виолы», раскрывая щит, выскочил вперед, прикрывая князя и Ольгу.

— Держитесь за мной! — крикнул я им. — Строго за мной! Я прикрываю!

В тот же миг желтые огни туэрлиновых кристаллов робота стали красными. Он загудел, вскидывая, гранатобой. Поднятый раструб озарился двумя малиновыми вспышками.

— Наземь! — скомандовал Ковалевский, но это скорее относилось к Ольге.

Одна граната взорвалась с левого бока «Ориона», в хлам разрывая непрочную обшивку гражданской виманы, в траву упали куски металла, обрывки проводов. Вторая ударила в мой щит — левую руку едва не впечатало мне в грудь. Земля содрогнулась, полетела комьями во все стороны. Меня просто снесло, но я тут же подскочил на ноги, снова прикрывая себя и Ковалевских магическим щитом, уплотняя его до предела. С правой руки почти сразу я ударил по стальному чудовищу «Гневом Небес» — акцентированно, со всей силы. Кинетика против этого монстра бесполезна, а вот сильный разряд мог сжечь или хотя бы повредить его электрические системы. Яркая синяя молния сорвалась с пальцев, словно змея с жутким шипением вошла в корпус робота. Не помогло. Устройство всех боевых роботов было засекречено, и я не мог знать о его защитных схемах. В ответ на мою атаку стальное чудовище сделало шаг вперед, явно беря на прицел меня. Загудел набирающий мощь эрминговый поражатель, это было очень серьезно — «Лепестки Виолы» здесь точно не способны помочь.

Глава 9

Сосед из семнадцатой

Все-таки Принцесса Ночи права. Рано или поздно Родерик обзаведется телом, которое устроит их двоих, и когда такое случится, ему весьма потребуется медальон Каукет. Дело даже не в том, что эта вещь стоит огромные деньги, а в том, что Родерик снова станет магом. Причем намного более сильным и опытным, чем был до смерти. Смерть дала ему по-настоящему много: много новых знаний, много опыта и даже сил. И если сказать, что в этом мире лучший учитель — Смерть, то это будет совершенно справедливая сентенция. Это будет мудрейшим изречением в стиле Фомы Делосского, работы которого в академии заставляли учить наизусть. Хотя… ну, если так честно, лучший учитель не Смерть, а Астерий. Просто, если сказать: «Лучший учитель — Астерий» — звучит не так громко.