Ваше Сиятельство 5 (СИ)

Резкими движениями я принялся насаживать англичанку на член. Ей много не потребовалось — она вмиг взлетела до самой верхней точки восторга: затряслась, замотала головой. Ее пещерка запульсировала жаром, сжимая мой член. Мне жутко хотелось смять Элиз со всей накопившимся возмущением и страстью, кончить в нее, но так было нельзя делать — кто знает, какие потом фантазии родятся в ее сумасшедшей головке. Я повернул Элизабет к себе в тот момент, когда уже был готов превратиться в вулкан. Первые обильные струи семени полетели на ее голую грудь и лицо. Затем она сама поймала губами мой член и втянула его в себя, проглотила почти на всю глубину. С восторгом шлюхи ее серые влажные глазки смотрели на меня, ротик жадно чмокал.

— Но в ванную пойдешь без меня, — рассмеялся я, играя ее волосами.

— Ты мой демон, — промурлыкала баронесса, выпустив изо рта мою плоть. — Люблю тебя! Я тебя очень люблю, Алекс! Пожалуйста, не бросай меня!

Уже перед сном я вспомнил о сообщении от Талии, которое так и не прослушал из-за вечерней суеты. Повернувшись на правый бок, я поднес эйхос к уху, сделав уровень громкости ниже:

«Елецкий, блядь! Ты представить не можешь какая жесть! Я выхожу замуж! За князя! Гену Мышкина! И рога, если что, у меня отвалились!».

— Черт! — я даже рот приоткрыл от неожиданности. Рога госпожи Евстафьевой меня волновали в самую последнюю очередь. Если Родерик вычистил ее ментальное тело от внедренных установок этой… как ее там, Софки, то рога и должны были отвалиться и все прийти в норму. Меня очень взволновало вот это: «Я выхожу замуж! За князя! Гену Мышкина!». Это что ж, блядь, получается?! Родерик вселился в тело отравленного князя?

Для кого-то очень серьезное приобретение. Приобретение состояния, положения в обществе и прочих благ. Но для меня это означало, что изначальный план — план, по которому Родерик должен был занять на время тело графа Елецкого, рушился. Боги! Это очень несвоевременно! Мне нужно разобраться с Герой как можно скорее! И как я выкручусь без Родерика?

Глава 20

Теперь их десять"

"Мне снова снилась Айлин. Как и прошлый раз у нее были полупрозрачные крылья и она, легкая, почти невесомая, плавно взмахивая ими летала в плотном венерианском воздухе над полями, полными цветов. Однако, снилась элина недолго. Вскоре она превратилась в Артемиду, и та молча стояла передо мной и смотрела с укором. На ее божественно-красивом лице застыла печаль и обида. Я проснулся еще до звонка будильника, повернулся на другой бок на скрипящем диване и, закрыв глаза, снова увидел лик Небесной Охотницы. Это не было сном — просто моя память запечатлела его, перенесла в явь и не хотела отпускать.