Ваше Сиятельство #1

Прижавшись друг к другу, мы посидели еще минут двадцать, говоря о всякой ерунде, старательно избегая острых тем. От этих пустых разговоров, милых детских воспоминаний баронесса расслабилась и уснула. Я сидел неподвижно, пытаясь разобраться в себе. Вернее, в наложении Астерия на графа Елецкого и его прошлое. Действительно, когда-то этак лет 7–10 назад дочь барона Евстафьева я воспринимал как сестру, может быть виной этому была моя мать, которая хотела, чтобы я Талию воспринимал именно так. Мы часто бывали у них в гостях. И они у нас часто. Вместе летали на Кипр, чтобы насладиться морем в наше поместье «Чайная Роза». А потом мы стали пересекаться реже, и Талия, и я выросли. Мне, пятнадцатилетнему мальчишке не давали покоя ее груди, выпуклые не по годам. Несколько раз я их касался будто нечаянно, на самом деле намеренно, и мой дружок вставал от ощущений ее близости. Конечно, в те ушедшие годы я мечтал ей вставить. Или, как здесь говорят, хотел ее дернуть. И Айлин я хотел, и, конечно, Ковалевскую. Боги, разве может этого не желать мальчишка в таком беспокойном возрасте! Ладно, было дело… Спи, сестренка. Уложил ее на диване, накрыв вторым халатом."

"Теперь можно заняться делами более серьезными. В первую очередь, я открыл технический отсек, чтобы выяснить причину поломки виманы. Принципами устройства этих машин я интересовался с десяти лет — отец поселил во мне этот интерес и с годами он лишь укреплялся. Хотя вимана вимане большая рознь: даже в нашей империи их десятки моделей, основой всех их является генератор вихревого поля и довольно стандартные системы управления им. Вот с генератором что-то случилось — это было ясно даже без взгляда на потухшие индикаторы цепи первого контура. После недолгих манипуляций, я понял: стряслось то, чего я больше всего опасался — выгорел кристалл гирвиса. И, увы, ремонт невозможен. Здесь только замена кристалла. Стоит он недешево: для данной модели около 1200 рублей. И хорошо, если эта поломка единственная. Если участь искореженную дверь, разбитое стекло и измятый корпус, то ремонт может перевалить за 2000–2200 рублей. Увы, у меня таких денег не имелось. И очень не хотелось просить их у мамы. Разумеется, графиня не откажет. Елена Викторовна никогда не была жадной, тем более для меня. Но, я уже обозначил себя взрослым, а значит, должен решить свою проблему по-взрослому — сам. В запасе имелся вариант: продрать часть акций «Томского Литья» или… занять у кого-то. Хотя этот кто-то может быть только граф Голицын. Больше у меня таких знакомых нет. Закончив с разбирательством в техническом отсеке, я спустился в рубку. Теперь вставал не менее важный вопрос: связь. Я включил терминал коммуникатора и обнаружил: сети здесь нет. Это следовало ожидать.