Ваше Сиятельство 4т (СИ)

Неужели ты думал, что со мной можно не считаться? — Гера подошла поближе, в её темных глазах удивительным образом сочетались насмешка и злость. — Ведь я даже просила тебя! И ты мог всего лишь сделать мне маленький шаг навстречу и за это очень многое получить. Получить моё особое расположение. Уж поверь, оно стоит гораздо больше, чем сомнительная дружба с Артемидой. Теперь ты умрёшь очень неприятной смертью. Умрёшь в долгих мучениях. Перед самой твоей смертью, когда в тебе не останется ни капли сил, я приду посмотреть в твои глаза. Не скрою, мне тебя жалко, и я бы очень хотела, чтобы ты остался жив. Но из-за твоего упрямства, я не могу оставить тебя на этом свете. Архана, — она повернулась к огромной мохнатой паучихе, — не спеши с ним. Выпей из него все силы не ранее чем до полуночи. Но только не убей его раньше, чем я вернусь.

— Величайшая, ты забыла, что я бессмертен? — я шевельнул пальцами рук, крепко прижатых к телу толстыми жгутами паутины. — Наверное, ты ставишь непосильную задачу даже для богов.

Первой пришла мысль попробовать использовать огонь, и пережечь путы, как я сделал это прошлый раз, находясь в «каналье», как раз рядом с этим местом.

— Я позабочусь, чтобы даже душа твоя подверглась мучениям, — Гера злобно глянула на меня, сделала несколько шагов и добавила мягче: — Но я могу быть милостивой. Даю тебе последний шанс: если захочешь выжить, то помолись мне. Помолись страстно. Покайся. И приду, чтобы тебя спасти, — богиня отвернулась и пошла в сторону освещённого прохода, постепенно бледнея, пока не растворилась в тёмном воздухе.

Вот её последняя угроза была совсем пустой. Уж я-то понимал, что она ничего не может сделать моей душе, над которой не властны даже более могучие вселенские силы. Но душа душой, а моё нынешнее тело оказалось в положении крайне неприятном. Мне были важны руки, потому как именно с их помощью я управлял подавляющей частью магических воздействий. Тем более боевых. Огромный мохнатый паук подполз ко мне, потирая передними лапками и издавая неприятные звуки. Неожиданно тело этой твари вздрогнуло и начало изменяться, расти вверх, одновременно уменьшаясь в объёме. Это шестилапое чудовище на моих глазах превращалось в молодую женщину. Первой наиболее ясно появились руки, с длинными, похожими на когти пальцами, потом ноги и тело. Тело, как ни странно, в одежде, похожей на кожаную со вставками металлической сетки. Хотя одежда эта прикрывала лишь незначительную часть её тела. Последней появилась голова. Голова женщины с растрепанными рыжеватыми волосами и весьма красивым лицом.

— Вот значит ты какой, Астерий, — её глаза казались чуть пьяными, губы насмешливо улыбались. — А ты мне нравишься.