Ваше Сиятельство 4т (СИ)

В тебе должно быть больше терпения и понимания, что не всё в этом мире доступно так легко и лишь по твоему желанию, — её рука погладила мою спину, поднялась выше и взъерошила волосы. — Не ходи сегодня туда, и я тебя награжу.

— Я не могу, моя возлюбленная богиня, — я поцеловал её в губы. Сначала коротко, будто пробуя их вкус. Потом очень долго, прижимая богиню к себе. Артемида не сопротивлялась. Она сама отвечала с желанием на мое стремление, и по телу разлилась такая сладость, что закружилась голова и, казалось, сейчас подогнуться колени.

— Пожалуйста, пойми. Я решил разобраться с ними сегодня. И даже дело не в этом. Можно этот вопрос перенести на другую пятницу, но дело как раз в Гере, — попытался пояснить я Охотнице. — Она бросает мне вызов, и если я сейчас отступлю, то мне придётся потом пятиться перед ней снова и снова, в конце концов она загонит меня в угол. Я знаю, что перед Герой можно и нужно быть учтивым, но нельзя проявлять слабость.

— Возможно ты прав. Но я очень боюсь за тебя. Может, стоит сегодня отступить и выбрать более подходящую ночь? Сегодня и звезды не благоволят тебе. Подумай, Астерий, — она сама поцеловала меня.

— Тебе даже не интересно, чем я хотела тебя наградить? — Артемида тихонько освободилась от моих рук.

— Очень интересно, но ты же не говоришь. Скажи? — моё последнее слово поглотил раскат грома, но богиня услышала его ментально.

— Хотела пригласить тебя завтра вечером на ужин, — сказала она, и в этом голосе послышалась лёгкая тень обиды.

— Ты можешь пригласить не в награду, а просто так или потому, что я хочу тебя видеть? — спросил я.

— Хорошо, мой дорогой Астерий. Я утром сообщу тебе. Сейчас главное, чтобы удача этой ночью была на твоей стороне. Я сделаю всё, что в моих силах, но мы не на Делосе и моих сил здесь не так много. Если ты решил идти, то иди, — Артемида прижалась ко мне, жарко поцеловала и отступила. — Я позову на помощь маму и Гермеса. Может быть еще кого-то, кого успею.

— Спасибо тебе! — успел произнести я, видя, что земное тело богини начинает бледнеть.

— Знай, там, возможно, будет Арахна! — предупредила Охотница и исчезла с очередной вспышкой молнии.

— Арахна… — повторил я имя великой паучицы.

Как же забавно вышло. Готовя магические шаблоны, способные воздействовать на богов и как-то обуздать Геру, я извлёк один из самых старых, названный мной «Ликоса». Ликоса — это латинское название паука-тарантула. Эта магия в меру агрессивная, но всё же её вполне можно счесть боевой. Не кинетикой же мне лупить Геру, если придётся — всё-таки женщина.