Ваше Сиятельство 11 (+иллюстрации)

— В Лондоне на тебя выходили какие-либо люди из британских спецслужб? Предлагали сотрудничество или какие-нибудь отношения? — спросил я, не сводя с него взгляда.

— Выходили. Да… Было дело… Некий Пол Олдридж, чтоб его! Я его вовремя раскусил. Понял чего он ко мне липнет. Позже понял, кто он и что имеет отношение к маркизу Этвуду. Но я не согласился на его предложения. Как разобрался что к чему, сразу послал его подальше. Примерно через неделю я вернулся в Россию, — Бабский хрипло выдохнул. — Воды, с вашего позволения! Воды!

Я сам налил ему в чашку и, поднеся ее ко рту виконта, спросил:

— В мою группу для текущей операции в Лондоне кто тебя направил? Это же не твое личное желание?

— М-м-м… — Бабский сделал глоток и оттолкнул мою руку.

Я почувствовал, как активировалась область в его сознании, которая была закрыта — видимо о ней говорила Бондарева.

— Ваше Сиятельство… Я не должен этого говорить! Есть запрет!.. — он снова замычал, и когда я повторил вопрос, поглядывая на штабс-капитана, все-таки с натугой произнес: — Ваш архимаг… из Верховной Коллегии.

— Кто⁈ — Наташа даже привстала, упираясь руками в скатерть.

— Ваш муж… Рыков Гермес Степанович, — проговорил поручик, кое-как справившись с непослушным языком.

В этот момент я понял, что на Алексея наложили блокировки еще и на физическом уровне.

Значит, господин Рыков Гермес Степанович… Интересный поворот. Надо признать, неожиданный для меня, и, судя по реакции Бондаревой, еще более неожиданный для нее. После слов Бабского о ее муже Наташа даже в лице поменялась.

— Поручик! Ну-ка рассказывайте, какое отношение к тому, что ты здесь имеет Рыков⁈ — проговорила она, пытаясь меня оттеснить от Алексея Давыдовича.

Хотя я обдумывал версию, что Верховная Коллегия магов очень заинтересована приглядывать за мной, о самом Рыкове я как-то не вспомнил. Не вспомнил, потому что мы с ним никогда вживую не пересекались. Я бы вообще мало что знал о его существовании, если бы не частые упоминания его персоны в информационной сети и не сама госпожа Бондарева. Да, и кстати, и госпожа Ковалевская. Ведь Ольга же начала брать меня на испуг, мол, муж Наташеньки крайне важный, невообразимо опасный человек. Я испугался настолько сильно, что теперь от нескромных желаний в жар кидает, когда смотрю на Наталью Петровну.

С того момента, как на базе «Сириуса» я продемонстрировал некоторые свои возможности для комиссии магов, интерес этих ученых мужей ко мне был неизбежен. Мне на эйхос приходили текстовые приглашения то поучаствовать в какой-то конференции, то заглянуть в Коллегию или поступить на какие-то там курсы — такое я игнорировал, удалял не читая. Как-то в разговоре с Ольгой или ее отцом обмолвился, что меня напрягает Коллегия магов.