Ваше Благородие

Фон Оффенберг постоял на палубе, огляделся вокруг прищуренным взглядом, посмотрел на надутые под свежим ветром паруса, толкающие судно с хорошей скоростью и тоже ушёл в свою каюту.

До рассвета было ещё часа полтора и его Высокоблагородие изволили немного поспать.

– Они у меня вот где уже были! – качал головой лейтенант, сжимая кулаки. – Мы же их за три минуты бы всех с палубы вымели бы там! Ну как так-то, как, Алексей?!

Ну что ещё мог ему сказать Егоров на всё это. Все и так всё прекрасно понимали.

Остановку сделали у небольшой крепости под Фетештами. Лёшка прогуливался по берегу, разминаясь после долгого сиденья на судне. А рядом с ним как ни в чём не бывало прохаживался подполковник.

– Что ноги устали на одном месте подолгу сидеть? – усмехнулся он, глядя иронично на егеря.

– Так точно, ваше высокоблагородие, – нехотя ответил Егоров и перевёл взгляд за его спину.

– Ну-ну, – опять улыбнулся барон. – Обидеться изволили, значит, на такого бездушного и холёного немца? Я вот давно наблюдаю за тобой, Алексей, и мне ведь ты казался весьма сообразительным и умным молодым человеком. Ну, никак я не мог ошибиться в тебе.

Лёшка с удивлением взглянул на Генриха, совсем не понимая, куда это он сейчас клонит.

– Ну, впрочем, молодость, молодость, кто из нас, когда-то не был молодым и не совершал опрометчивых поступков из-за этой юной горячности.

Лёшка насторожился, внимательно вслушиваясь в рассуждения «картографа».

– Сколько, по-вашему, Егоров, было турок на этих двух несчастных лоханках?

Лёшка задумался и выдал примерную цифру:

– Ну, человек семьдесят максимум, а скорее всего, что и на десяток даже поменьше.

– Вот-вот, семьдесят, да даже пусть восемьдесят человек там было. Вот тут, – и он показал на отворот своего топорщившегося камзола, под которым явно что-то было. – Да-да вот тут, сейчас лежат такие документы, которые стоят нескольких полков, а может быть даже бригад и дивизий. Попади они в руки врагу, и целое направление военных действий тогда будет нами проиграно. Что важнее, прапорщик, жизни семидесяти вонючих османских матросов на их корытах или же десяток тысяч русских солдат, ну же, отвечай?!"

"Лёшка совсем оторопел от такой арифметики. Ответ тут был, разумеется, очевиден:

– Ну, конечно же, русских солдат, вашвысокоблагородие!

И всё равно просто так вот сдаваться перед этой железной логикой барона ему как-то не хотелось.

– Но ведь мы бы разметали все эти команды турок в абордаже на раз?! И эти важные документы бы при этом вовсе бы не пострадали?!

– А ты уверен на сто процентов, что это не была хитрая ловушка, а, Егоров? – пристально глядя ему в глаза, тихо проговорил барон.