Я не выйду за варвара (СИ)

— Ваше Высочество, — обращался ко мне генерал Рутгерт, что сидел по правую руку. Но я его игнорировал. — Ваше Высочество, Вы все это не остановите? — уточнил он, поймав прямо у моего лица, случайно залетевшее в этот край стола письменное перо, которое очевидно должно было залететь в кого-то другого

— Ваше Высочество! — ворвался в кабинет испуганный Капитан Блейд. — Там Его Величество Верховный Эрл Джордж. Он идет в покои к Анне Авроре, если уже не там. Он пьян и очень зол.

Глава 20. Гнев и смирение

Этот несносный Витторио снова проигнорировал меня. Как будто бы я для него пустое место. Стража просто молча затащила меня обратно в покои и заперла дверь. Намек предельно ясен — с моим мнением считаться здесь никто не собирается. Эрл даже словом со мной не обмолвился. Ничего не ответил, не просил того седовласого пожилого воина что-то перевести мне. Разве что вскользь пробежался взглядом: таким надменным, раздраженным. А я то уж было подумала, что он…

Как же я глупа и наивна. Ожидать от варвара высоких чувств все равно что ждать снег в апреле.

— Да гори оно все адским пламенем! — крикнула я и перевернула стоящий на столе поднос со всем его содержимым.

Серебряная посуда звонко ударилась о пол. Вишневый сок быстро разлился по белоснежному мрамору. Его насыщенный оттенок до боли напоминал кровь, что не раз уже проливалась в стенах этого дворца. Мне казалось, что я тоже сейчас разольюсь здесь, превратившись в кипящий океан слез. Соленые капли то дело наполняли глаза, закрывая пеленой этот жестокий мир, и водопадом лились по моим щекам. Меня снедала боль от всех утрат и жгучая обида, усиленные выпитым за ужином вином. Сидеть там на трезвую было невыносимо.

— Ненавижу!! — кричала я, переворачивая все, что только могла. — Ненавижу его!! Ненавижу!!

Я металась словно умалишенная взад и вперед. Испуганные и растерянные, служанки бежали за мной, не зная, что им делать.

— Ваша Светлость, — трепетали они, — Ваша Светлость, не надо, пожалуйста, успокойтесь.

Но я была нема к их просьбам. Внутри меня происходил самый настоящий ураган. Моя душа рассыпалась на части и меня преследовало нестерпимое желание привести все вокруг в такое же разрушенное состояние. Я переворачивала пуфики, кидалась подушками, бросала дорогущие платья из моего шкафа в камин. Даже до туалетного столика добралась. Флакончики духов метко летели в окна, разбивая стекло. Скляночки с маслами и косметикой разлетались, едва коснувшись пола. И все это сопровождалось мои плачем и криками.

Когда я уже уничтожила все, что только можно было, то кинулась к двери. Я стучала по ним разбивая руки в кровь, выкрикивала проклятия нордорийцам, но на душе все никак не ставало легче.