Я не выйду за варвара (СИ)

Но слово моего правителя закон и, если на то его воля, я отдам свой меч и кинжал прежде, чем зайти к нему.

Внутри все ожидаемо веяло лоском и роскошью. Это покои ранее принадлежали убитому нами Императору, так что нет ничего удивительного в том, что их размеры, а также внутреннее убранство значительно превосходят остальные помещения дворца.

— Ваше Величество, — кланяюсь Джорджу, что стоит ко мне спиной и попивает очевидно что-то крепче воды, — Вы меня звали.

— Да, Витторио, — говорит он, поворачиваясь ко мне. — Звал.

Джордж проходит к своему огромному дубовому столу и садится за него, пока я, словно послушник в монастыре, стою навытяжку, в ожидании приговора.

— Меня беспокоит Анна Аврора… — вальяжно начинает он.

И на меня накатывают абсолютно противоречивые чувства. С одной стороны, я ловлю легкое облегчение. Если бы она учудила что-то серьезное на ужине, то разговор бы начинался не так. Джордж абсолютно спокоен, не взъерошен. Но в то же время я крайне удивлен его интересом к герцогине и в то же время напуган. Что он уже там надумал?

— Зачем ты отослал ее вчера в баню? Кажется, она уже успела вчера принять ванну, не так ли? — ухмыльнулся Джордж, намекая на мой провалившийся план увести у него из-под носа герцогиню.

— Ее Светлость замерзла вчера и к тому же только недавно пережила лихорадку. Ей нужно было отогреться и…

— Я не об этом, — перебивает он меня, — Зачем ты зашел внутрь и просил служанок выйти? Что такого происходило там, что она обозвала тебя «варваром»? Говорят, ты еще и голой ее видел, и целовал… — растягивал он слова.

Джордж определенно ликовал в этот момент, самодовольно улыбаясь, будто поймал меня на месте преступления. Словно нашел веский повод, чтобы покончить со мной.

— Ваше Величество, я ворвался в баню, чтобы спасти Ее Светлость от самоубийства. Это не был поцелуй, я делал ей искусственное дыхание и…

— Я знаю, Тори, знаю. — Джордж опять перебивает меня, заливая в себя очередной бокал спиртного.

«Тори». Он снова издевается надо мной. Называет меня так же, как ласково звала мать.

— Просто я удивлен. — добавил он, глядя как пляшут огоньки в камине. Даже не посмотрел на меня. — Не думал, что кроме чувства долга перед Родиной, ты способен испытывать еще что-то. И не говори, что это не так. Кровь не просто так темней воды, мы не только хорошо друг-друга знаем, но и чувствуем, когда другой врет.

Да. Он прав. Отпираться бессмысленно. Я что-то чувствую к Анне Авроре, хоть и запрещал себе.

— Ваше Величество, Вы же знаете, я бы никогда не сделал того, что могло бы опорочить Вас или как-либо навредить.

Хотя, надо признаться, хочется, как волк, разорвать его на мелкие кусочки. Прямо сейчас. Но кто я против вековых правил и традиций.