Я не выйду за варвара (СИ)

Он боялся причинить боль мне, но был готов убивать других без какой-либо жалости. Я знала, что он не шутит. Казнит и глазом не моргнет. С радостью. Чтобы проучить меня, чтобы заставить меня слушаться. Мне не оставалось ничего другого, кроме как покориться его воле.

Я стала нащупывать на стене кирпичики и уже через минуту, подобрав нужные смогла отпереть нас. Мне пришлось хорошенько замотаться в плащ Витторио, чтобы прикрыть наготу после того, как он порвал верх моего наряда. Мы все еще не знали сколько времени прошло, поэтому я вновь постаралась схитрить. Ведь уговор с ним был только касательно ловушки.

Однако Витторио быстро раскусил меня, когда заметил, что мы уже второй раз прошлись по одному и тому же месту. Он без предупреждения достал кнут и замахнувшись ударил впереди идущего воина по спине. Который не то что не сопротивлялся, а даже звука не подал. А потом ударил его еще и еще, прежде, чем ко мне вернулся дар речи:

— Хватит! — крикнула я, вцепившись в руку, что держала кнут. — Я больше не буду. Я выведу нас. Десять минут и я выведу.

Меня пугал Витторио. Сейчас он был тем самым северянином, варваром… Жестоким и беспощадным солдатом.

Отталиа, как и ожидалось, нашлась в покоях Витторио. Меня быстро переодели, умыли и усадив в карету повезли на арену. Витторио ехал рядом верхом время от времени посматривая в окно кареты. Будто бы я могла сбежать из нее. Он так и не сказал мне больше ни слова, даже когда семья и я, как Эрлин Великого и Бескрайнего Севера, благословляла его на поединок. Только поцеловал мои волосы и все. А я так и упала в тот же момент на лавку от нехватки воздуха.

— Вы в порядке, Эрлин? — встревожилась свекровь склонившись надо мной.

На что я отрицательно помотала головой. Перед глазами все плыло, желудок крутило так будто меня вот-вот вырвет.

— Не позорь Север, Эрлин. Не вздумай разреветься! — исходила ядами бабушка.

Но меня едва ли беспокоили ее слова. В ушах стоял гул. Арена была полна королевских зрителей. Пол мира собралось на той арене, короли, князья, султаны, цари, ханы… Кого здесь только не было и все они здесь, чтобы лицезреть поединок за мою честь. Честь, которой и нет уже, ибо я сама же отдала ее Витторио. Как же я ненавидела себя в тот момент. Зачем я только пришла в ту ночь в его покои. Если бы не это, я смогла бы просить суд осмотреть меня. Это я во всем виновата.

Пока я занималась самобичеванием, воины уже вышли на арену. Их было много, не только Витторио и его соперник. Завертелась всякая церемониальная чехарда, которая длилась по ощущениям бесконечно долго. Мне казалось, я умру еще до начала. Так сильно колотилось сердце в груди. Очередным выныриванием из пучины беспамятного отчаянья стал выбор оружия для поединка. Тот, кого вызывали имел преимущество в этом вопросе.