Варвара начинает и побеждает

Её жених родился там, в непонятной Нормандии, и родился самым младшим, не то четырнадцатым, не то пятнадцатым, Аделаида так и не поняла, которым по счёту сыном мелкопоместного барона. Увы, земли на всех детей не хватало, и младшие, едва научившись держать в руках тяжёлый меч, отправлялись на поиски удачи и счастья. Старшему брату жениха, Роберу, хитрому королю, удалось больше других – он ловко лавировал между местными властителями, и подчинил их всех. Но оставь без пригляда – и тут же снова начнутся междоусобицы, поэтому-то он и отправлял на остров своего брата. Так и сказал – что завоюешь, то и твоё.

Но Рожер, которого отец и старший брат Аделаиды звали Руджеро, решил сначала жениться.

Служившие Аделаиде дамы и девицы знай, нашёптывали – что лучше него и быть не может. Высок, красив, настоящий доблестный рыцарь! И не смотрит ни на кого, кроме неё! Наверное, влюблён, потому что красиво ухаживает и дарит подарки! И бастарда признал всего одного, а не десять, как некоторые!

Это теперь, в сорок четыре, Аделаида понимала – да не было там никакого особо красивого ухаживания. Вежливость и воспитание – это да, были. Жених вёл себя с ней ровно как знатный вельможа с назначенной ему в жёны девицей – кланялся, сидел рядом за обедом и ужином, а когда им дозволили пройтись вместе по саду – о, совсем недолго, и то за деревьями ждали дамы её двора и его рыцари! – они не знали, о чём говорить, так и промолчали до самого конца недолгой прогулки.

А потом их обвенчали… Аделаида ждала от первой их ночи чего-то… сама не знала чего. Матушка сказала, что ей всё объяснит супруг, а дело Аделаиды – слушаться того супруга, как раньше она слушалась отца. Приближённые дамы посмеивались – ничего, мол, разберётесь. Она не могла сказать, что разобралась, потому что теперь уже муж почти ничего не говорил, а всё, что он делал, вызывало в ней больше недоумения, чем отклика.

Позже она привыкла, притерпелась и даже восхищалась им – когда он возвращался к ней с рассказами о победах. Но сначала… если все принцессы так живут, значит, так надо и так угодно господу.

Уж конечно, Аделаида, как примерная дочь, не заглядывалась на отцовских рыцарей, хоть среди них и попадались красавцы, за право привязать которым ленту на турнире дамы и девицы были готовы в волосы друг другу вцепиться. Аделаиде же всё это было непонятно и неприятно – подумаешь, лента, кусочек шёлка, привязали – да и всё. Так принято, так все делают. Сама она привязала алую ленту жениху бестрепетно – в день турнира, данного в честь их свадьбы. Уж конечно, он стал победителем того турнира, а её назвал своей королевой.

Тогда – только лишь на ристалище. Много позже она стала его королевой на самом деле.