Варвара начинает и побеждает

- Какого шайтана, хочешь ты сказать? – усмехнулся Аль-Джафар, сверкнув зубами в темноте.

- Да какая разница? Ты отчаянно претендовал на эту груду камней и кучку раздолбаев, и вдруг приходишь биться на моей стороне?

Он как будто смутился, и ответил, что утром, мол, побеседуем.

Ну, утром – так утром, в тот момент мне это было ой как хорошо. Потому что после всего ещё и разговаривать? А не шутите ли вы?

Другие люди, с которыми нужно будет разговаривать, передали, что появятся уже следующим днём. И это были очень приметные люди – во-первых, король Годфруа, а во-вторых, Аль-Ахалиль, эмир Звёздных Дождей. Эти двое как-то смогли договориться, мне ещё предстояло узнать – как именно, уж наверное, за всем этим стоит какая-то интересная история. Но сейчас Годфруа явился наводить порядок в своих землях, а нового союзника прихватил для того, чтоб тот настучал по голове своим соплеменникам. Ибо нечего.

Поэтому высокие разговоры остались на утро, или даже на день. Я сказала господину Лири – на всякий случай готовиться принимать короля и эмира Дождей. Чтоб стол ломился, и вообще. Я б и сама что-нибудь этакое приготовила, но – почему-то уже не могла. И просто проследила за тем, чтобы все участники битвы с нашей стороны поели и отправились спать, а перед тем даже позволила взять вёдра и воду из своего драгоценного бассейна, и выливать друг на друга вместо бани. Ещё я спросила Аль-Джафара, желает ли он ночевать в замке, и тот сказал, что желает, что готов дать клятву – не вредить. Я взяла его за руку и, ничего не объясняя, повела в тот самый внутренний двор. Там велела проткнуть себе палец и покапать на мрамор. И поклясться. Он заметил, как кровь впиталась в камень, и даже показал изумление. И проследовал за господином Лири в покой первого этажа, в который его пустили.

Дальше уже оставалось только прогнать спать всех, кто ещё не, и первым делом – Самоцвета и Рысь. Рысь уже пришла в себя, и нормально дышала, и хлопала глазами, и даже ела – всё это сидя на коленях у Самоцвета и прислонившись к его груди, а невозмутимый Самоцвет придерживал её одной рукой, а второй – держал за руку и поглаживал ладонь.

- У меня наверху больше одной свободной комнаты, если что, - сказала я. И вам сейчас ничто не мешает подняться туда… и остаться до утра.

Оба героя переглянулись и улыбнулись. Рысь слабо и еле-еле, а Самоцвет – ну, насколько смог, очевидно, он вообще не из улыбчивых. И побрели наверх.

А потом я взяла за руку Лео, сводила во внутренний двор на предмет минимально помыться, обещала всё показать и рассказать наутро и отвела наверх. Постель, валявшуюся в углу главной залы, уже успели поднять наверх и перестелить, и это было замечательно.

Я подумала, что где-то здесь, наверное, обретается Барбара, но вдруг она стояла в защите и устала? Утром поговорим.